Как отсутствие президента Ельцина может повлиять на российскую политику

Что означает болезнь президента в президентской республике? В странах с устоявшимися демократическими традициями и четко функционирующими политическими системами, в общем-то, ничего особенного, если, конечно, речь идет не о чересчур длительном отсутствии главы государства у кормила страны. Жизнь там продолжает идти своим чередом, а политику не лихорадит: правительство, законодательная и судебная ветви власти работают, как работали, руководствуясь конституцией, законами и политическими традициями. На случай же внезапного прекращения президентом своих полномочий по состоянию здоровья существуют прописанные и неоспариваемые процедуры, обеспечивающие сохранение преемственности верховной власти.

В России состояние здоровья ее властителей традиционно относится к разряду важнейших государственных тайн, современная российская республика также отнюдь не отличается демократической открытостью в этом вопросе. (Если, конечно, не считать “дипломатические болезни” Ельцина: скажем, операцию на носовой перегородке президента в момент начала войны в Чечне.) Впрочем, это еще полбеды: как известно, во вполне демократической Франции информация о тяжелой болезни президента Миттерана, ставшей в конечном счете причиной его смерти, была строго засекречена.

Проблема для России заключается в том, что сколь-либо длительное отсутствие Ельцина на политической сцене порождает нарастующую волну слухов и предположений. Отечественную политику начинает трясти, важнейшие и не терпящие отлагательства решения правительства откладываются, политико-финансовые кланы втягиваются в очередной виток междоусобной борьбы, а наиболее амбициозные из них даже задумываются о досрочных президентских выборах. Иными словами, необъясненное публично длительное отсутствие президента в Кремле если и не приводит к политическому кризису, то, как правило, ухудшает ситуацию в стране, способствуя политической дестабилизации.

Начиная с осени 1996 г., после переизбрания Ельцина на второй президентский срок и в связи с предстоявшей ему крайне тяжелой операцией, верховная российская власть начала демонстрировать (во многом вынужденно) гораздо большую степень открытости в вопросе о состоянии здоровья президента, чем раньше. Теперь нам не нужно гадать, почему глава России не выступил с очередным радиообращением к нации и почему не состоялся первый “круглый стол” – всему миру объявлено: у Ельцина не то ОРЗ, не то грипп, около 10 дней он будет “работать с документами” и не появляться на публике. С медицинской стороной, что называется, все ясно: вряд ли кто-либо сомневался, что “уставший” президент, – а эта “усталость” более чем наглядно проявилась в его эпатирующих стокгольмских заявлениях по поводу сокращения российского ядерного арсенала, – нуждается в срочной и, вероятно, отнюдь не кратковременной релаксации.

Но гораздо интереснее и важнее другое: каким образом отсутствие президента может сказаться на текущей российской политике? Первый результат налицо: подготовленный и заранее объявленный “круглый стол” отложен на неопределенный срок. Ни глава правительства, ни председатель верхней палаты парламента не могут решиться взять на себя ответственность созвать совещание и председательствовать на нем. (В логике современной отечественной политики это попросту невозможно.) Тем самым отсрочено создание пусть внеконституционного, но потенциально весьма важного института российской политической системы, который наряду с “большой четверкой” мог бы существенно способствовать достижению консенсуса между основными политическими силами страны.

Нет, однако, оснований полагать, что болезнь президента (если она, конечно, чересчур не затянется) окажет существенное негативное воздействие на общую политическую стабильность. Население будет занято подготовкой к Новому году. Проект бюджета на 1998 г. прошел первое чтение и, почти наверняка, до конца декабря пройдет и второе. Умеренная левая оппозиция более чем удовлетворена неожиданным явлением президента Госдуме и его многообещающими намеками на формирование в перспективе Кабинета парламентским большинством, а потому не намерена раскачивать лодку.

Но одновременно в отсутствие президента, скорее всего, усилится процесс эрозии российской политики, что найдет воплощение в борьбе финансово-экономических групп и “войне компроматов”. Эта борьба ни на миг не утихала и при здоровом Ельцине, тем больше вероятности, что сейчас она лишь обострится. Российские кланы воспользуются открывшейся паузой для того, чтобы еще раз попытаться изменить сложившуюся в верхних эшелонах власти конфигурацию сил, либо же окончательно закрепить ее в свою пользу. То, что при этом происходит их компрометация, стремительно рвутся нити, еще связующие власть и общество, теряются остатки авторитета власти, – их мало беспокоит.

Остается с грустью констатировать: если на Западе болезнь главы государства не в состоянии нарушить нормальное функционирование политической системы, то в России, где политический процесс и без того носит деформированный характер, отсутствие президента напрочь блокирует любые мало-мальски позитивные тенденции, но зато стимулирует негативные. И этот раз вряд ли станет исключением.

Валерий СОЛОВЕЙ,

Фонд “Реформа”


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Право на скучную жизнь…
Снегурочкам на заметку к новогоднему столу
Акции протеста в регионах России
Пульс времени
На каком замке границы?
Ловить лучше лежа…
Герои нашего времени
Победил Юрий Лужков
Государство как частное предприятие с органической безответственностью
С протянутой рукой
Как Вы оцениваете пятилетку Виктора Черномырдина?
Хроника партийной жизни
Ты не думай, что я невнимательный!
Президентские градусы как фактор политики
СНПР поддержала акцию протеста Российских профсоюзов
Великий и страшный


««« »»»