Проект бюджета или “как цыган приучал лошадь мало есть”

5 декабря 1997 г. президент Ельцин одержал очередную победу над Думой, которая неожиданно для всех, даже для себя, приняла в первом чтении проект бюджета на 1998 г. Сюжет, достойный включения в книгу “Занимательная экономика” в качестве задачи: “Какие изменения следует внести в проект бюджета, не устраивающий подавляющее большинство граждан страны?” Ответ – никаких, достаточно неожиданного появления в зале заседаний первого лица государства.

Но оставим в стороне занимательность и попытаемся ответить на вопрос о том, какой собственно бюджет мы получим, если проект будет принят Думой в последующих чтениях. Согласно проекту, доходы бюджета составят 367,5 млрд рублей, из которых 27,9 млрд дополнительно “найдены” (вроде как младенец в капусте) трехсторонней комиссией, расходы оцениваются в 499,9 млрд рублей, дефицит бюджета – 132,4 млрд рублей, или 4,7% ВВП.

РЕАЛЕН КАК ВЫСТРЕЛ КИЛЛЕРА

Считается, что основным достоинством проекта бюджета является его реалистичность.

Однако реализм бывает разным. И при ближайшем рассмотрении реализм, проповедуемый авторами проекта бюджета-1998, больше всего похож на реализм смертников. В былые годы на уроках гражданской обороны слушатели любили отвечать на вопрос о том, что надо делать в случае атомной бомбежки, так: накрываться белой простыней и ползти на кладбище. В скрытой форме подобный ответ дает проект бюджета на многочисленные вопросы бюджетников, пенсионеров, военных…

В понимании авторов проекта реалистичный бюджет – это такой бюджет, который можно собрать доступными правительству методами, главным образом – фискальными. При такой постановке вопроса реформаторы практически полностью снимают с себя ответственность не только за развитие нашей экономики, но и за поддержание жизнеспособности государства в целом. Ведь бюджет – это не просто многостраничный текст с таблицами доходов и расходов, а документ, в котором как в капле воды отражается все, чем живет страна. И от подхода к составлению бюджета зависит уровень и качество жизни каждого россиянина.

Правительственный подход к составлению бюджета – это подход не хозяина, а захватчика, который оценивает, сколько шкур можно содрать с налогоплательщиков, то есть с разваленной предыдущими экономическими экспериментами промышленности, с граждан, многие из которых месяцами не получают зарплату. Но существует и другой подход к формированию реалистичного бюджета – тот, который мы использовали в научных разработках Фонда “Реформа” для оценки минимально необходимых общественных расходов.

ПЯТАЯ ЧАСТЬ НЕОБХОДИМОГО

Наш реализм основан на том, что Россия – это не абстрактная “бумажная” страна, а вполне реальная огромная держава, сложная система, простое поддержание которой в жизнеспособном состоянии требует совершенно определенных затрат. Поясню эту совсем несложную мысль на элементарных примерах. Протяженность государственной границы России – 61 тыс.км. Есть совершенно точно рассчитанные нормы содержания одного километра государственной границы различных типов (морской, речной, сухопутной) в различных географических и климатических условиях. Поэтому несложно рассчитать, сколько средств ежегодно хочешь-не хочешь, но придется затратить на эти цели. Также несложно подсчитать, сколько нужно средств на содержание определенного количества таможенников.

Известно, что для обслуживания 148 млн жителей России необходимо иметь полтора миллиона больничных коек, есть расчеты необходимого количества других медицинских учреждений, численности медперсонала и т.д., что позволяет оценить минимально необходимые затраты на здравоохранение. В России примерно 64 тысячи школ, которые в известные сроки требуют текущего и капитального ремонта. Методика расчета расходов достаточно проста.

Сложнее ответить на вопрос о зарплатах бюджетников, о размере пенсий и пособий. Эта вроде бы сугубо экономическая проблема тесно связана с вопросом о правах человека. Можно долго рассуждать о том, нарушаются или нет права человека в современной России, но можно просто сказать, что главное право человека – это право на достойную жизнь, а значит на зарплату или пенсию, которая позволяет реализовать хотя бы минимальные жизненные потребности – причем не только в воде-хлебе, но и в нормальном жилище, одежде, бытовой технике, культуре, отдыхе, повышении квалификации, содержании детей и их образовании и т.д.

Сегодняшняя зарплата большинства работников бюджетной сферы, так же как размеры социальных платежей, не дает гражданам права на достойную жизнь. Но даже такие “недостойные” крохи не выплачиваются – долги по заработной плате бюджетникам составляют сегодня 23 трлн рублей. Проект бюджета-1998 не оставляет работникам бюджетной сферы и социально уязвимым слоям населения никаких надежд на “светлое будущее”. Так что несколько ошибся наш президент, заявив Думе, что “сегодня этого бюджета ждут все внизу, в каждом поселке, в каждой деревне, в каждой области”. “Внизу” ждут денег, а не “реалистичных” расписок правительства в собственной беспомощности.

Но вернемся к нашим расчетам. В результате проведенных нами исследований оказалось, что минимально потребный бюджет для России в пять раз превышает бюджетный проект 1998 г. Итак, после шести лет реформ руководство страны, по существу, намерено содержать только каждый пятый километр границы, каждую пятую школу и больничную койку, платить зарплату каждому пятому учителю и каждому пятому врачу…

МОЖНО ЛИ ВЫЖИТЬ ПО-ОДИНОЧКЕ?

Удивляет в этой ситуации только то, что мы до сих пор выживаем. Но и этот парадокс может быть объяснен. Во-первых, мы выживаем потому, что “проедаем” национальное богатство. Во многих российских семьях до сих пор питаются запасами продуктов, сделанными в первые годы реформ. Примерно то же самое происходит на уровне страны. Только в семьях сейчас доедают дореформенный сахар, а в экономике – запасы полезных ископаемых и валютные резервы. Но и это – не главное. Мы “проедаем” наши инфраструктуры, так как из-за постоянной нехватки средств не восстанавливаем вовремя линии связи, транспортные магистрали, другие основные фонды. Мы, по существу, покидаем ранее освоенные территории, сворачивая производства в градообразующих городах и поселках, оставляя города на Крайнем Севере, уступая в Калмыкии ранее плодородные почвы пустыне.

Во-вторых, выживание, вернее, выживаемость страны находится под постоянным вопросом. Суровые зимы, типичные для большей части территории России, ежегодно ставят под вопрос не только жизнь многих промышленных предприятий, но и собственно человеческие жизни обитателей Крайнего Севера. А на всей территории страны постоянным спутником “выживающей” экономики стали техногенные катастрофы: крупные, с многочисленными человеческими жертвами (Зыряновка, Иркутск и др.), о которых пишут в газетах, и мелкие (прорывы трудопроводов, разливы нефти и пр.), последствия которых еще испытают на себе дети и внуки “выживающих” ныне россиян.

В-третьих, переиначив известную поговорку, можно сказать, что каждый выживает в одиночку. Не получающие зарплату учителя выживают, торгуя на рынках. Ученые выживают, уезжая на заработки в более благополучные страны. Отдельные воинские части выживают, приторговывая боеприпасами, а затем заметая следы с помощью поджогов складов боеприпасов.

Конечно, подобное выживание, согласно “реалистичному” бюджету, не может продолжаться бесконечно долго. Рано или поздно резервы кончатся, ресурсы истощатся. Рано или поздно техногенные катастрофы взорвут системы жизнеобеспечения. Рано или поздно воинские части могут найти себе “спонсоров”-предпринимателей (что, говорят, уже происходит) и перейти на службу к тем, кто их содержит. Что касается “утечки мозгов” за границу и школ, которые уже сегодня не посещают до 5 млн детей, то последствия этих явлений менее заметны, но не менее трагичны для будущего нашей некогда великой державы.

Итак, рано или поздно со страной, над которой производятся рискованные экономические эксперименты, произойдет то же, что и с кобылой, которую хозяин-цыган в целях экономии приучал поменьше есть. Для недогадливых поясню, что кобыла сдохла. Что делать нам для того, чтобы не только выжить, но и выйти из экономического кризиса? Ответ может быть только один – необходимо сменить экономическую политику. Сможет ли произойти такая смена при действующем правительстве? Думаю, нет.

ДЕРЖИ, НАРОД, БЮДЖЕТНЫЙ ГРОШ

Сейчас уже совершенно ясно, что государство не может выполнять свойственных ему функций, а правительство не может и не хочет предложить программу выхода из создавшегося положения, то есть – программу реализации минимально необходимого бюджета. Вместо этого молодые реформаторы делают “хитрые” ходы. Желая успокоить президента, серьезно обеспокоенного болевыми точками нашей экономики – прежде всего долгами по заработной плате бюджетникам, реформаторы начали распродажу систем жизнеобеспечения. Уже продан “Связьинвест”, заканчивается распродажа последних нефтяных компаний, неоднократной угрозе подвергались Газпром и РАО “ЕЭС”. Напомню, что все это происходит в то время, когда в результате фондового кризиса цены на корпоративные бумаги в России упали почти в два раза. Что может быть лучше для скупщиков национального богатства?

Впрочем, даже фондовый кризис молодые реформаторы пытались “отыграть” в свою пользу. Он стал чуть ли не главным аргументом в пользу принятия бюджета-1998. По словам Ельцина, “сегодня не только Россия, сегодня весь мир смотрит, что решит Государственная Дума. Потому что сегодня лихорадит всю финансовую систему мира. И это будет зависеть от того, какое решение вы сегодня примете. Или за мировой финансовый кризис – и рухнет рубль, или рубль устоит и твердо будет стоять и дальше”.

Смахнув слезу умиления и гордости за нашу Думу – спасительницу мира от финансового кризиса, попутно заметим, что история с этим кризисом заслуживает отдельного разговора. Это будет рассказ о том, каким образом мировой кризис был спровоцирован, кому он был выгоден и как достаточно быстро весь мир от этого кризиса оправился, не дожидаясь почему-то принятия российского бюджета. Не оправились только некоторые страны Юго-Восточной Азии, например, Таиланд, получивший от МВФ стабилизационный кредит в 16 млрд долларов. И не оправилась Россия, не получившая от МВФ даже очередного транша.

Не более заметно прослеживается связь между принятием убогого бюджета-1998 и будущим благополучием рубля. Впрочем, рубль, возможно, и устоит в результате титанических усилий правительства, оплаченных дальнейшим развалом отечественной промышленности и обнищанием россиян. Но подъема экономики мы не получим, потому что для экономического и социального возрождения России нам необходим действительно реальный бюджет, обеспечивающий хотя бы минимально необходимые расходы.

Догадываюсь, что мои оппоненты могут задать вопрос: “Где деньги взять?” Вместо ответа (он у меня есть, но потребует слишком много места и экономических расчетов) напомню об отмененных под давлением МВФ экспортных пошлинах на энергоносители, об утраченном государственном контроле за экспортом-импортом стратегически важных для народного хозяйства товаров, о том, что доходы от государственной собственности составляют сегодня 0,18 трлн рублей в год, о внешних долгах, получением которых с наших должников занимаются бизнесмены с сомнительной репутацией. Список можно продолжить, но главное, я думаю, уже ясно – без смены экономического курса в дальнейшем единственным предметом нашей гордости станет реализм смертника, гордо восседающего на электрическом стуле.

Мартин ШАККУМ,

президент Фонда “Реформа”


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Диктатора вызывали?
Реформы ради науки
Чтоб, она, понимаешь, зарумянилась
Из опыта мойдодыра
Как Вы оцениваете шведские “мирные инициативы” Ельцина?
РЕФОРМИРОВАТЬ БЕЗ СПЕШКИ
О незаконных военных действиях в Чечне и современном кризисе власти
“Светить всегда!” Вот лозунг каждой порядочной лампы
Налоговые новации могут дестабилизировать рынок нефтепродуктов
ДОРОГИЕ ЧИТАТЕЛИ!
Разрушение страны идет строго по графику
Тонки на одеколон
Картинки с выставки
“Кавалерийская атака” на капитал не удалась
Как создать первичную организацию СНПР
Вячеслав Белоусов – честность и целеустремленность
За будущее России
Время траурных лент
Замочаленные червь для рыбьего чрева
Людмила Ноздрина: “Мы сможем возродить духовные традиции”


««« »»»