На высоких берегах Самура

Приграничный город Дербент, основанный на западном побережье Каспийского моря, всегда был пограничным городом. Один из самых процветающих на Кавказе торгово-ремесленных центров, он казался желанной добычей для чужеземцев. Жителям города то и дело приходилось обороняться от арабов, турок, татаро-монголов, хазар, азербайджанцев и других захватчиков. Не раз иноземцы захватывали Дербент и разрушали его. Город переходил из рук в руки: власть арабов сменялась игом турков-сельджуков, на смену татаро-монголов приходили ширваншахи, затем – снова турки, которых в начале 17-го века вытеснила Персия. Но уставшее от войн и поборов население искало надежной защиты. В 1722 году наиб Дербента Имам-Кули преподнес серебряные ключи от города российскому императору Петру I, который прибыл в эти края из Астрахани вместе с целым морским флотом. Позже Феташи-хан просил Екатерину II о российском подданстве. Но она отказалась: не желая обострять отношения с Ираном, уступила Дербент. Он был присоединен к России лишь в 1813 году вместе со всем Дагестаном. С тех пор российские солдаты защищают эту землю. Шесть лет назад здесь появились пограничники.

ДЕРБЕНТСКИЙ ПОГРАНОТРЯД

После распада СССР некоторые части Закавказского пограничного округа были выведены из Азербайджана и начали охранять российско-азербайджанскую границу. В Дербенте расположился штаб Дербентского пограничного отряда. Местные жители настороженно встретили пограничников. Не могли смириться с установлением блокпостов на ранее чисто символической границе с Азербайджаном. У многих за кордоном оказались родственники и друзья. Люди не хотели подчиняться новым правилам. Надеялись, что пограничники здесь – явление временное. Позже поняли, что граница, увы, надолго, а заставы – просто необходимы. Только они перекрывают поток контрабанды и оружия, мешают проникновению наемников и бандитов.

Сергей Бондарев стал пограничником не случайно. Он родился на забайкальской погранзаставе в семье пограничника. Последовав примеру отца, окончил то же самое Алма-Атинское погранучилище. Со своей будущей женой познакомился на той же самой танцплощадке, где впервые встретились его родители. Сначала служил в Забайкальске, потом – в Магадане. Был награжден орденом Красной Звезды.

В июне прошлого года полковника Бондарева назначили начальником Дербентского погранотряда. Друзья ему не завидовали: в последние годы на границе с Азербайджаном нередко случались ЧП – прорывы нарушителей, провоз контрабанды и оружия. В начале 96-го была задержана большая партия оружия, предназначавшаяся скорее всего для чеченских боевиков. В прошлом году погибло 6 пограничников. Сейчас ситуация стабилизировалась, чему способствовало и перемирие в Чечне. Обходится без перестрелок и гибели людей, и на заставах порядка стало больше.

Недавно Бондарева направили на повышение – назначили начальником оперативно-войскового отдела “Махачкала”.

Новое руководство погранотряда также прилагает все усилия, чтобы укрепить вверенные рубежи, но мешают чисто внешние факторы. Хотя еще шесть лет назад было принято постановление Верховного Совета о том, что административная граница Дагестана с Азербайджаном становится государственной, до сих пор остался открытым вопрос о том, где она должна проходить, – есть спорные участки и разночтения в картах.

Вдоль границы почти нет проволочных заграждений и специальных установок. Только на самых тяжелых участках есть кое-какие приспособления: фиксирующие датчики, радиолокационная станция, позволяющая заметить людей и транспорт, и замаскированные на дне реки штыри, способные прокалывать автомобильные шины. На современную электронику , тем более импортную, нет денег.

Мы объезжаем пограничные заставы. Почти везде идет бурное строительство, особенно на недавно созданных. Несмотря на нехватку средств и стройматериалов, на берегах реки Самур появились сторожевые вышки и наблюдательные пункты. Погранпосты оборудованы основательно – на случай неожиданных нападений. На многих заставах буквально спартанские условия жизни. Вагончики, мазанки, домики с соломенной крышей. Проблемы с водой. На 4-ой заставе, недавно сменившей место дислокации, нет света. Тем не менее здесь, на выжженных солнцем песках, быстро растет городок пограничников. Начальник заставы Роман Заурдин планирует к зиме закончить строительство. Многие офицеры снимают жилье – 250 – 300 тысяч платят за аренду квартиры. Уже полгода эти затраты им не компенсируют, зато зарплату и социальные пособия выплачивают вовремя. С продовольствием в отряде тоже все нормально, но нет средств на оплату коммунальных услуг. Задолженность за газ перевалила за сто миллионов. С января нет отопления, не работают газовые плиты – газ отключили, хотя указ президента запрещает отключать газ в воинских частях. Несколько раз пограничники обращались к правительству Дагестана – но и это не помогло…

ТАЙНЫЕ ТРОПЫ КОНТРАБАНДИСТОВ

Прошлым летом в этом районе задержали четыре “Камаза” с сигаретами на сумму 4 миллиарда рублей. Эти “импортные” сигареты были сделаны, видимо, на подпольном заводе где-нибудь в Закавказье. Их везли на продажу в Москву. Примечательно, что впереди колонны шла машина ГАИ, но она стремительно скрылась. Через три месяца снова остановили “Камаз” с сигаретами. А потом еще два “Камаза”, уже успевших избавиться от опасного груза. Теперь контрабандисты стали осторожнее – на автомагистралях появляются реже, но переходят границу тайными тропами, перенося свой товар в сумках или мешках…

В целом число нарушений уменьшилось – в среднем пять нарушителей за сутки. Теперь две основных категории задерживаемых – бомжи, не имеющие документов, а также азербайджанцы, временно отдавшие паспорта для замены. А еще – кочующие цыгане. Как-то Бондареву доложили: часовой задержал сразу сорок человек. Приехал на место: солдат охраняет цыганский табор, а цыгане разложили вокруг вещички и спокойно занимаются своими делами…

В минуты отдыха пограничники любят напевать известную песню в несколько измененном виде :”На высоких берегах Самура часовые Родины стоят”…

Хотя на Каспийском море ловля осетров запрещена (госпредприятиям разрешено добывать ежегодно лишь 29 тонн для научных целей), до недавнего времени осетров ловили все кому не лень. В районе Каспийска задерживали суда с 7 – 8 тоннами ценной рыбы. Если бы не принимали никаких мер, вскоре на Каспии вообще бы не осталось осетров. Недавно на морском берегу нашли “кладбище” осетров – гору из отрубленных осетровых голов. Ради наживы браконьеры готовы на все. Иногда при конфискации рыбы чуть не доходит до стрельбы. Поскольку одна рыбинспекция не в состоянии противостоять браконьерам – на весь южный Дагестан всего 13 рыбинспекторов, вся надежда на пограничников. Дербентский погранотряд, контролирующий 50 километров вдоль побережья, может, в случае необходимости, задействовать до 600 человек.

В последнее время тактика борьбы с браконьерами изменилась. Решили искоренить причины, а не следствия: ужесточили контроль за рыбаками, выходящими в море. Злоумышленников задерживают, у них конфискуют улов, снасти и лодки. И это дает ощутимый эффект. Не так давно делали рейд: “прочесали” 25 километров побережья. Задержали восемь лодок. На этом участке Каспия у браконьеров надолго отбили желание ловить осетров.

НА СТЫКЕ МНОЖЕСТВА КУЛЬТУР

Приехавшим в Дагестан приходится учитывать национальный фактор, религиозные и культурные традиции живущих здесь народов. И пограничникам это удается, у них сложились неплохие отношения с многонациональным населением республики. В погранотряде всего два десятка дагестанцев-призывников, зато прапорщики в основном – коренные жители. Местные жители стремятся устроиться на службу в погранотряд и очень дорожат своей работой. Их привлекает стабильная и солидная по здешним меркам зарплата, а также социальные льготы: санаторно-курортное лечение, ежегодно бесплатный проезд на поезде со всей семьей.

Отношения с местными жителями потеплели после того, как граница стала более “прозрачной”. К удовольствию многих, в конце прошлого года российское правительство отменило ограничения при переходе российско-азербайджанской границы – все граждане двух государств, имеющие паспорта, могут без всяких виз и разрешений пересекать границу через любой из пяти пропускных пунктов или на поезде. Конфликты происходят в основном на экономической почве. Захлестнувшая Дагестан безработица и мизерные зарплаты в госсекторе способствуют процветанию криминального бизнеса. Оставшись без источников существования, люди вынуждены искать нелегальные доходы: ловят осетров, проводят через границу людей, проносят и перепродают контрабанду. И таким образом вступают в конфронтацию с пограничниками. Но более жесткое противостояние наметилось с боссами криминального бизнеса.

ФЕМИДА ПРОЩАЮЩАЯ

В редких случаях дела, возбуждаемые по инициативе пограничников, доходят до суда. Командир дивизиона пограничных кораблей Каспийской морской бригады ПСКР капитан 3-го ранга Игорь Павлов привел невеселую статистику: в прошлом году по фактам браконьерства было возбуждено около 800 уголовных дел. Из них только 32 были рассмотрены в суде, и лишь 4 человека попали за решетку. Хотя пограничники своевременно передают в прокуратуру Дагестана официальные акты задержания злоумышленников, тесно контактируют с местной милицией, рыбинспекцией и таможенниками, но проходит два-три месяца – и большинство дел закрывают. Добытчики осетрины отделываются штрафами или вообще остаются безнаказанными. Многие объясняют происходящее всеобщей коррумпированностью, “круговой порукой”, охватившей почти все ветви местной власти. Браконьеры без труда находят себе “крышу” во властных структурах или в правоохранительных органах республики. Влиятельные покровители яростно защищают своих протеже, оказывая серьезное противодействие погранслужбе. На пограничников постоянно пишут жалобы, выдвигают против них надуманные обвинения.

“Все время на нас пытаются оказать давление – звонят, просят отпустить задержанных, вернуть рыбу и лодки, да и вообще “замять” инцидент, – рассказал бывший начальник Дербентского погранотряда Сергей Бондарев. – Не раз меня и других офицеров старались подкупить, предлагали огромные суммы. Прямо в лоб спрашивали: “Что вы хотите? Сколько денег вам нужно?” А офицерам, участвовавшим в операциях по задержанию нарушителей, угрожали расправой…”

Театр начинается с вешалки, а государство – с пограничных столбов. Разграничительная линия должна быть технически оборудована в соответствии с современными требованиями.

Недавно парламент принял поправку к закону “О государственной границе Российской Федерации”. Погранслужба получила право собирать пошлину-сбор за пересечение границы. Эти деньги должны пойти именно на обустройство границы. Но пока этот механизм не работает, и пограничникам приходится довольствоваться тем, что есть…

В прошлом году Дербентский погранотряд задержал 1868 нарушителей границы. Конфисковал контрабанды на 3 миллиарда 651 миллион рублей, а также 9 единиц огнестрельного оружия и 12 килограммов наркотиков. Общий эффект от деятельности погранотряда гораздо больше, но невозможно подсчитать точную сумму предотвращенного ущерба, который могли нанести экономике страны. Сами же пограничники говорят, что хотят рано или поздно добиться наилучшего показателя своей работы – чтобы вообще не было нарушителей и контрабанды. Отсутствие негативной статистики будет означать, что граница действительно “на замке”.

Ольга КОРОЛЕВА,

Махачкала – Москва


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Можайское водохранилище
Без духовного возрождения Россия обречена
Сны и кошмары Копперфилда и Киселева
Терпению приходит конец
СНПР действует без каникул
Вместо школ строят концепции
Юбилей Москвы
Зрелище как средство массового поражения
Что такое осень? Это кризис!
Пришла пора сопротивляться
Созрела свекла – румяна как фекла
Рождение химеры на развалинах идеологии
Праздник, изменивший нас
Только не сжуйте золотую подушечку!
Всякому овощу… есть на столе место и время
Наука – в помощь партийному строительству
Куда ведет дорога с зоны?
Социализм не рухнул, а был разрушен
Всем сестрам по серьгам
Маленькие секреты большого дома
Юрьев – брат московский
Времена года меняются – проблемы остаются


««« »»»