ЗЕМЛЯ РУССКАЯ ВЕЛИКА И ОБИЛЬНА…

КАК НАВЕСТИ В НЕЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ПОРЯДОК?

Принято считать, что в основу государственного устройства большинства стран современного мира, в первую очередь стран Запада, положена идея разделения властей. Эта идея рассматривает государственную власть не как единое целое, а как совокупность трех независимых друг от друга функциональных органов: законодательной, исполнительной и судебной властей. Наиболее развернуто теория разделения властей была сформулирована французским ученым-просветителем Ш.Монтескье в XVIII веке. Принцип разделения властей отражен в конституции США (1787 г.), во многих конституционных актах, принятых после Великой Французской революции в ряде стран.

1.

Однако в реальной практике государственного строительства принцип равенства трех властей не соблюдается в полной мере во многих случаях. Это особенно относится к “президентским республикам”, в которых реализуется система “сдержек и противовесов”, получившая самое законченное оформление в конституционной практике США. Такая система на деле нарушает принцип равенства основных государственных структур в пользу прежде всего исполнительной власти и в ущерб власти законодательной, призванной выражать волю народа, его суверенные права на участие в управлении государством.

Нынешняя российская конституция, где формально провозглашается принцип разделения властей, в реальности являет пример чрезмерной концентрации полномочий у исполнительной власти (суперпрезидентская структура) и сведения к минимуму роли парламента. Реальная жизнь самых последних лет, однако, доказывает, что даже в условиях России, где можно говорить о наличии значительных традиций “авторитаризма”, подобное сверхсосредоточение власти в одних руках оборачивается неэффективностью, потерей государственной управляемости на всех уровнях.

Возвращаясь, однако, к самой теории разделения власти, следует сказать, что при всей видимой демократичности мировой исторический опыт выявил ее существенную ограниченность. Дело в том, что эта теория исходит из весьма неполного понимания роли государства, которому отводится роль политико-административной надстройки, контролирующей так называемые силовые структуры, сбор и использование налогов на их содержание. Такое понимание роли государства исторически сложилось прежде всего в странах Запада.

Иными словами, теория разделения властей имеет под собой сугубо западную (вестернистскую) цивилизационную основу и не учитывает исторического опыта и традиций формирования государств в других великих цивилизациях, в первую очередь на Востоке.

2.

Более того, в современных условиях даже на Западе появилось немало различных теорий и концепций, призванных в какой-то мере компенсировать изначальную недооценку роли государства. Выяснилось, что государство имеет тенденцию к изменению и усложнению по мере развития самой цивилизации, но отнюдь не к уменьшению его значимости. Можно упомянуть теории “гражданского общества”, “открытого общества”, концепцию “правового государства”, а также такое явление, как “лоббизм” (прежде всего в США) или понятие “четвертой власти” в лице средств массовой информации.

Было бы упрощенчеством характеризовать эти теории и концепции как сугубо пропагандистские лозунги или штампы. Но и представлять их как полностью воплощенную реальность, даже в самых развитых государствах Запада, ошибочно.

“Гражданское общество”, “правовое государство”, “открытое общество” – это, скорее, специфические идейно-политические установки, которые воплощены в жизнь лишь отчасти и не в одинаковой степени в различных странах. Здесь мы имеем дело, скорее, с набросками или зарисовками, а не с законченными произведениями.

В этом случае поневоле напрашивается аналогия с концепцией “реального социализма” в бывшем Советском Союзе, которая тоже была частично претворена в жизнь, однако от реальности до теории сохранялась дистанция огромного масштаба.

Европоцентричная, сугубо административная теория государства сталкивалась со многими проблемами при попытках ее реализации, например, в новых государствах Азии и Африки. Достаточно вспомнить о концепции особого “азиатского способа производства”.

Есть основания говорить и о специфическом “российском, или североевразийском способе производства”. Большая часть территории исторической России (Северной Евразии) находится в очень сложных природно-климатических условиях, имеет в основном малую плотность заселенности при наличии огромных пространств. В северной части речь идет об экстремальной природной обстановке, почти не имеющей аналогов в мире.

3.

Именно эти особые природно-географические условия России создают необходимость самого активного участия государства в создании и развитии по крайней мере целого ряда ключевых отраслей экономики, прежде всего связанных с крупномасштабными вложениями и требующих высокопрофессионального управления. Это относится в первую голову к добыче основных природных ресурсов, особенно в северных районах, энергетике, системе транспорта и связи, жилищно-коммунальному хозяйству, а также к некоторым обрабатывающим отраслям (металлургия, тяжелое машиностроение, производство военной техники и др.).

В этих отраслях, составляющих, так сказать, главный несущий каркас народного хозяйства и государства, сложились и существуют в России так называемые естественные монополии. Применительно к нашим условиям этот монополизм обусловлен как природно-географическими (геоэкономическими) обстоятельствами, так и производственно-технологическими потребностями (последнее, впрочем, верно и для других стран).

Практика уже показала, что любые попытки “демонополизировать” эти естественные монополии, внедрить в них на полную катушку “принципы свободного рынка”, несомненно, сопряжены с катастрофическими последствиями для экономики в целом и государства.

Российскому государству была всегда присуща особая роль как в развитии экономики, так и в других важных сферах жизни, не говоря уже об обеспечении внешней и внутренней безопасности страны. Бесспорно, эта роль далеко не сопоставима с той ситуацией, которая исторически складывалась в странах Запада. Поэтому стремиться к полному “переходу на западные стандарты” в этой области значило бы “сеять ветер”.

4.

Естественно, эта особо значимая историческая роль российского государства находила отражение в массовом, народном сознании и в политико-филосовской мысли нашей страны. Надо сказать, что отношение к государству основной массы населения России было, как правило, двояким: с одной стороны, ругали власти и чиновников, и часто справедливо, за бюрократизм, злоупотребления и взятки, а с другой, смотрели на государство, особенно верховную власть, как на главного патрона, способного в нужный момент придти на помощь и защитить.

Поэтому в моменты, когда над страной и государством нависала грозная внешняя опасность, русские люди шли умирать за это государство, которое они несмотря ни на что считали своим, проявляя настоящий массовый героизм, вызывавший немало изумления в странах Запада. Именно тогда западные политики и мыслители начинали говорить о “загадочной русской душе”.

“Державность”, в смысле понимания особой и ответственной роли государства в жизни страны, была традиционно характерна и для российской политической мысли, включая и либералов-западников в лице, например, конституционных демократов (кадетов). В этой связи можно добавить, что в прошлом даже российские либералы стремились не столько к ограничению роли государства как таковой, сколько к упорядочению и повышению эффективности работы госорганов, к ограждению населения от чиновничьего произвола.

5.

Можно говорить и о своеобразии в подходе российских политических мыслителей и правоведов к принципу разделения властей. Рассматривая государство как целостный организм как по вертикали, так и по горизонтали, русские правоведы предпочитали делать акцент не на разделении властей, а на установлении четкой границы в сфере компетенции и ответственности между государственными органами.

Соответственно, традиционно – российское правоведение не проводило четкого раздела между государством и органами местного самоуправления, что было и есть характерно для стран Запада. В этом контексте как канцлер Российской империи, так и рядовые сельские старосты, выбираемые общиной, считались, согласно российским законам и обычаям, “людьми государственными”.

Наиболее полно это представление о целостности государственной власти было выражено и закреплено в конституционных актах и законодательстве советского периода. Разумеется, на практике тогда имели место многочисленные нарушения и отклонения от правовых норм. Но это были дефекты конкретной политики власть предержащих, но отнюдь не правовых актов и законов как таковых.

Попытки механически перенести на российскую почву многие нормы и установки государственного строительства стран Запада, включая роль правоохранительных органов, не только не оправданы, но и могут оказаться разрушительными и контрпродуктивными, поскольку при этом игнорируется многовековой, собственно российский опыт в этой области.

Николай ИЗВЕКОВ


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ЛЮБИМАЯ ПЕСНЯ РОССИЙСКОЙ ВЛАСТИ: “ВСЕ ХОРОШО, ПРЕКРАСНАЯ МАРКИЗА”
Могут ли стать думские каникулы общими политическими каникулами в России?
САЛАТ САЛАТУ – БРАТ
ХРОНИКА ПАРТИЙНОЙ ЖИЗНИ
V Международная конференция “Минского форума по проблеме европейской безопасности”
ЗВОНКОВ МНОГО, И ОНИ РАЗНЫЕ
ДАТЬ ЛЕЩА!
ПО МАТЕРИАЛАМ ЗАРУБЕЖНОЙ ПРЕССЫ
ПОКОЙ НАМ ТОЛЬКО СНИТСЯ
ПИСЬМО В РЕДАКЦИЮ
ПО ДОРОГЕ С ПОДОРОЖНИКОМ
Избавление от бородавок и мозолей
НАТВОРИЛ ТЫ, МУЖИК…
Отвечаем на ваши вопросы
ПОКА МЫ ЕДИНЫ
УМ, ЧЕСТЬ, СОВЕСТЬ И ВЛАСТЬ
А МОЛОДОГО МУЗЫКАНТА ВЕДУТ С УТРА В ВОЕНКОМАТ
БУДЬ ЗДОРОВ, СЕНЬОР ПОМИДОР!
ВЛАСТЬ ДОЛЖНА ПРИНАДЛЕЖАТЬ НАРОДУ!
ЛЕТО – ПОРА ГОРЯЧАЯ!
БЕРИ, ДОЧКА, СТАТУС
“МИРНЫЙ” ГРОЗНЫЙ


««« »»»