“НЕ СЛЫШНО НА ПАЛУБЕ ПЕСЕН…”

Если культура называет себя массовой, то почему в компаниях

мы перестали петь хором?

Среди многочисленных баек про Сергея Владимировича Михалкова мне очень нравится история о том, как он работал над усовершенствованием гимна СССР.

Уже в самые поздние советские времена автор “Дяди Степы” явил строгой комиссии текст гимна в новой редакции. Его первые читатели подошли к своим обязанностям с полной ответственностью и, невзирая на большие заслуги поэта перед отечеством, высказали Михалкову ряд серьезных замечаний.

Сергей Владимирович внимательно все выслушал, потом поднялся и направился к выходу. У дверей он остановился и, как всегда слегка заикаясь, бросил своим суровым оценщикам:

– Н-н-н-и-чего… С-с-тоя петь будете!

Вспомнил я эту байку и в связи с тем, что у нас до сих пор нет текста государственного гимна новой России, и, видимо, в связи с тем, что сегодня наши люди ни добровольно, ни по необходимости не поют хором.

Первое тому объяснение – жизнь такая, что не до песен.

Причина сомнительная: человек, а россиянин в особенности, так устроен, что и у края бездны может запеть.

Были бы песни.

И вот тут-то возникает парадокс.

Сколько было в приснопамятные времена криков, жалоб и стонов – не дают церберы от идеологии настоящей, любимой народом эстраде выхода в теле– и радиоэфир, навязывают людям сплошную Александру Пахмутову.

Но вот дали выход, распахнули ворота – да что там! – вообще сломали их к чертовой матери, и хлынуло в наши глаза и уши безбрежное море, называемое массовой культурой.

В защиту последней, как, впрочем, и против нее, написано и сказано очень много. Одни говорят, что маскультура – враг подлинной духовности, другие утверждают, что без гумусного слоя ширпотреба невозможно появление настоящих произведений искусства. Одни голосят о засилии пошлости, другие о том, что любой паренек с гитарой – это лучше, чем он же с криминальными намерениями.

Стало общим местом и утверждение о том, что массовая культура имеет свои уровни и подуровни, что в ней существует своя шкала ценностей. Разумеется, здесь не с чем спорить: отдельные песни “Битлз” стали классикой ХХ века… Но пора вернуться к парадоксу.

Не кажется ли вам странным, что эфир сегодня буквально нашпигован песнями на самый разный вкус, а люди, те самые потребители искусства, современные песни поют чрезвычайно редко?

А достававшую многих Пахмутову пели. И не только ее. Окуджава, Высоцкий, Шаинский с его незатейливым “Черным котом”… В минувший День Победы, проходя по дачной местности, я услышал “День победы” в исполнении старых и молодых участников застолья. Но ведь этой песне уже сколько лет!

Короче говоря, эстрада ломится от репертуара, а народ что-то не подхватывает. Больше того, сами звезды словно почувствовали этот парадокс и решили дружно исполнить “Старые песни о главном”. Так родились программы, в которых нынешние исполнители запели то, что народ слушал – и пел! – двадцать, тридцать и более лет назад.

В этом выразилась не тоска по прошлому, а, скорее, одна из проблем нынешней массовой культуры. Она все больше становится как бы вещью в себе.

Судите сами. Со стадионов и площадей ушли поэты, из кинотеатров – зрители. Театр остается искусством камерным. Вовсе не часто аншлаги и у современных эстрадных звезд. Но это опять же проблема больше финансовая, мы же про резонанс.

Про то, что “не слышно на палубе песен”.

В этом смысле, что бы ни говорили защитники массовой культуры, она подверглась серьезному изменению, если не сказать – деградации. А говорить защитники, вероятно, будут о влиянии на эстраду постмодернизма, усложненности и ломке ритмов, революции в гармонии, наконец – о разрыве между уровнями развитости слушателя и творца. Это вам, знаете ли, не “Синенький скромный платочек”…

Так-то оно, может быть, и так. Но причем здесь тогда массовая культура, если масса ее не воспринимает и не идентифицирует себя, скажем, с теми же песнями?

Но просто сказать, что песни стали хуже, – значит не сказать ничего, а лишь продемонстрировать известное и не требующее никаких доказательств отношение, построенное на фразе: “А вот в наше время…”

Тем не менее настоящее никогда не повторяет прошлого. Особенно это касается эстетических координат. И в этом смысле самый сильный сдвиг в восприятии людьми эстрадной песни был произведен с помощью музыкальных клипов.

На первый взгляд, в том, что на песню можно наложить некий видеоряд, нет ничего оригинального. Мы это видели и в “Кубанских казаках”, и в “Большой жизни”, и в массе других фильмов разного времени. Марк Бернес, поющий в фильме “Два бойца” “Темную ночь”, – это тоже своего рода видеоклип.

Но современный видеоклип – это нечто совершенно иное.

Когда-то Эйзенштейн сказал, что кино – это монтаж аттракционов. Однако сам великий мастер, монтируя фильмы, демонстрировал не только революционную новизну искусства, его эпические возможности, но и цельность в восприятии мира и отражении его на экране. И дело тут не в пресловутом соцреализме, а в голове художника, в способности мыслить чрезвычайно сложными образами, сохраняя ясность изложения материала.

Современное клиповое сознание в этом смысле ущербно. Оно рисует некий расколотый мир, смонтированный из галлюцинаций и чаще всего сознательно лишенный художественной логики.

Сторонники постмодернизма в этом месте могут начать многозначительно ухмыляться. Да нет, ребята, никто не заставляет вас инсценировать песню и показывать на экране то, о чем поется. Но представьте, что получается, если на слабую в музыкальном и малограмотную в литературном смысле песню накладывается многозначительный бред…

Попробуйте потом этот кошмар спеть в компании хором.

То есть клиповое сознание как бы приватизировало песню, сделало ее частью своих болезненных поисков. И это не могло не обездолить широкого слушателя.

Еще одна причина отрыва песен от народа – вкус и самонадеянность тех, кто вершит сегодня эстрадную моду.

Несомненно талантлива и неповторима Алла Борисовна Пугачева. Многие годы она была лидером нашей эстрады. Лично для меня она не только прекрасная певица, но и пример того, как талант в сложных условиях может сохранить свою независимость и всю возможную для своего времени свободу. Глядя на Пугачеву, можно вспомнить Бердяева: “Свобода не из чего не выводится, она дается изначально”.

Но у свободы таланта есть и другая сторона. Недавно в одной из телепередач композитор Геннадий Зацепин рассказал, как они с Пугачевой работали над музыкой к фильму. Алла Борисовна инкогнито написала несколько песен и выдала их съемочной группе за песни, сочиненные юношей-инвалидом. История, конечно, забавная. Но вот в передаче зазвучали песни Зацепина и песни “юноши” Пугачевой. И все сразу встало на свои места. Никакой инвалидностью ничего не оправдаешь и не поправишь.

Думаю, что самонадеянность погубила Аллу Борисовну и с ее “Примадонной”, когда она с этой собственно сочиненной песней отправилась на конкурс Евровидения. Само стремление побеждать, невзирая ни на что, можно только приветствовать, но при этом хорошо бы оценивать свою многогранность адекватно.

Мне могут возразить – талант вправе оценивать себя сам.

Конечно. И пусть оценивают себя все, кто приписан к массовой культуре. Но при этом вопрос остается открытым.

Почему мы перестали петь?

Сергей ЮРЬЕВ


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

БЫТИЕ ОПРЕДЕЛЯЕТ ЗНАНИЕ? ВЫБОР: ДЕНЬГИ ИЛИ ОБРАЗОВАНИЕ
ДЕМОКРАТ И БОЛЬШЕВИК, ПОТРЕБЛЯЙТЕ БОРЩЕВИК!
СНПР – НА СТОРОНЕ ОБЕЗДОЛЕННЫХ. ВЕСТИ ИЗ БАШКИРИИ
ПРОДАЖА ЗЕМЛИ ЕСТЬ ПРОДАЖА ЛИЧНОСТИ…
“МЫ С РОССИЕЙ В ОДНОМ ОКОПЕ”
ПРОДАЕТСЯ РОССИЯ: МНОГО В НЕЙ ЛЕСОВ, МОРЕЙ И РЕК
ИДЕТ ОХОТА НА ЛЮДЕЙ
Подписание мирного договора и окончание четырехсотлетней войны
ВРЕМЯ ПОЛУРАСПАДА НАЦИИ
“В ЭТОЙ ЖИЗНИ УМЕРЕТЬ НЕТРУДНО…”
КАК БЫ РЕФОРМАТОР. О Б.НЕМЦОВЕ – ИЗ НИЖНЕГО НОВГОРОДА
СКОЛЬЗКИЙ УГОРЬ ИЗ ТЕПЛЫХ МОРЕЙ
Дорогая редакция!
“ТРЕТИЙ МИР” ЗА ПОЛЯРНЫМ КРУГОМ
КНИГИ НАШЕЙ СУДЬБЫ
“ИНТЕГРАСТЫ” ПРОТИВ “ПЕДОКРАТОВ”
БОЛЬШОЙ СЕКВЕСТР ДЛЯ “МАЛЕНЬКОЙ” КОМПАНИИ
ЧИХ…
ВЫЖИМАЙТЕ ВСЕ СОКИ!
НЕ СУЕТИТЕСЬ, ГОСПОДА!
К ОКОНЧАНИЮ ЧЕТЫРЕХСОТЛЕТНЕЙ ВОЙНЫ
ЗАКАЛЯЙТЕ, ЧТОБЫ БЫЛ ТОМАТ ЗДОРОВ!
ПОД ГНЕТОМ ВЛАСТИ РОКОВОЙ…


««« »»»