РАБОТА У НАС ТАКАЯ

Инга Митропольская – одна из первых и немногих пока в России женщин-спасателей работает в МЧС.

В первый раз Инга выезжала спасателем в Ткварчели. Шла грузино-абхазская война, и город полгода был в блокаде. Люди умирали от голода и болезней прямо на улицах. Отряд МЧС пытался эвакуировать оставшихся в живых. Желающих покинуть проклятое место было столько, что, не будь спасателей, жители могли передавить друг друга в очереди к вертолетам. К тому же при отправке надо было соблюдать пропорции, отправляя и абхазов, и грузин, и русских поровну. Лиц призывного возраста эвакуировать не полагалось. Но кому же захочется оставаться в осажденном городе? Случалось, что к Инге подходили незнакомцы и, угрожая оружием, требовали разрешения на вылет. По вечерам спасатели ходили по улицам города и искали тяжелобольных, немощных, иные умирали прямо у них на руках. Первая командировка Инги длилась три недели, но ей она показалась длиной в год.

Потом был Нефтегорск. Завалы в буквальном смысле слова стонали и дышали. Спасти удалось далеко не всех. Самое страшное было тогда, когда люди умирали, не дождавшись помощи минуту-другую. Инга спасла многих. Ее гражданская специальность – врач. Правда, ее работу в отряде не сравнить ни с какой другой в мирной медицине. Судите сами: торчит, например, чья-то рука из-под обломков. Пульс прощупывается – значит, жив человек. Инга делает укол. А вот темная щель, откуда доносятся стоны. Тоже можно облегчить страдания, если удастся просунуть руку со шприцем. Почти у всех шок, потом начинается истерика. Однажды откопали молодого парня, оказалось, что у него разрушен дом, погибла вся семья и предстоит ампутация ног. Парень, когда понял, что жив, чуть от горя с собой не покончил. Кричал: “Зачем спасли?”.

“Каким ветром вас в спасатели занесло? И кто решился взять в отряд женщину?” – интересуюсь у Инги. “Вначале в отряд пригласили моего мужа, а я ради шутки увязалась за ним. Получилось так, что мы стали коллегами. Конечно, большую роль сыграло медицинское образование и альпинистский опыт. Мы, между прочим, с мужем в горах познакомились. Я облазила все горы Северного Кавказа, Памира, Тянь-Шаня. Мама раньше спрашивала меня: “Доченька, ну как тебе не страшно?”, а мне и вправду было не страшно. Все альпинисты знают одну простую вещь: глупо рисковать за здорово живешь собственной жизнью, мастерство в том и состоит, чтобы пойти и вернуться живым. Этого принципа и спасатели придерживаются.”

Как вы думаете, в какую сумму оценивает государство труд спасателей? Без командировок выходит около миллиона, если куда-нибудь предстоит выезд, имеется в виду зона ЧП, то выходит полтора. Правда, командировочные деньги обычно спасатели экономят. В горах, в лесу, на пепелище их некуда тратить. “Да мы на жизнь не жалуемся, привыкли, – улыбается Инга. – Трудности нашей работы в другом. Вот, к примеру, мой муж сейчас на Алтае спасает пропавших альпинистов. Представляю, как ему там холодно и голодно. Живут спасатели в резиновой палатке, обогреваются печкой на дизельном топливе, которое наверняка закончилось, и едят жуткий солдатский паек – перловую кашу и галеты. Хорошо, что в последнее время нам выдали очень приличное обмундирование – разное для всех видов работ, включая и нательное белье. А то я на первые ЧП знаете в чем ездила? В летной куртке из черного брезента на толстенной вате и таких же широких штанах на двух резинках вроде подтяжек. Ужас, ни шагнуть, ни повернуться!”

Первую аптечку для отряда Инга покупала сама, ходила по магазинам, аптекам и выискивала нужные лекарства. Теперь все по-другому. Есть необходимое медоборудование, препараты, перевязочные средства. И все же главное в работе спасателей – их личные умения и способность действовать в экстремальной ситуации. “После таких командировок нам самим нужна помощь психиатра или психоаналитика, – рассказывает Инга, – их в службе, к сожалению, нет. Отсюда и язвы желудка на нервной почве, и инфаркты, и слабость к рюмке. Вместо врача рядом часто оказывается бутылка. Представьте себя на месте человека, который еще час назад вытаскивал кого-то из-под обломков, спасал чью-то жизнь и вдруг очутился в иной жизни – суетливой, обыденной, с нищими и новыми русскими, с тихими квартирами и мещанами-соседями. От этого голова идет кругом. Наша работа – как наркотик. Если один раз испытал великое счастье спасти человеческую жизнь, потом уже не сможешь отказать себе в этом удовольствии.”

Полковник Валентина Гундарь – единственная в России женщина – начальник отрада противопожарной охраны работает сегодня в подмосковных Мытищах.

Стать пожарным легко, а работать опасно. Во-первых, можно в прямом смысле этого слова сгореть, об этом никогда не забывает ни один “тушила”. А во-вторых, риск подстерегает на каждом шагу: взрывы, удары током, переохлаждение. Как на пожаре, где бушует огонь, можно переохладиться? Запросто! По шлангу подается ледяная вода, которая потоками обрушивается на пожарных. В деле они, конечно, не замечают этого. Иной раз приходится часами обливаться на морозе то потом, то водой. Как следствие – ревматизмы, бронхиты, воспаления легких. И еще – стресс. “Нет ничего тяжелее, чем тушить дом, где есть люди. Все мечутся, кричат. Один проклинает пожарных за нерасторопность, другой тащит в горящий дом”, – рассказывает Валентина Гавриловна. Не забыть ей самого трагичного случая в ее практике: в Рязани, где она прежде работала, горела психбольница. Пожар начался с дверей и коридора. Кое-кого из больных удалось эвакуировать, остальные собрались в палате на втором этаже. Больница размещалась в старом особняке, и решетки на окнах намертво были зацементированы. Когда их удалось сорвать, спасать уже было некого. Люди заживо сгорели.

Нет такого пожара, который бы Валентина Гавриловна не сумела “расшифровать” – в считанные минуты укажет причину пожара и объяснит, как его тушить. Секрет прост. Ее прежняя специальность – инженер-химик по производству взрывчатых веществ. Знание химической науки не раз выручало ее в сложных ситуациях. Между прочим, одну из серий “Знатоков”, где сюжет крутится вокруг пожара, снимали в подмосковных Мытищах, где работает Гундарь. Ей дали почитать сценарий. Он показался Валентине Гавриловне непрофессионально примитивным, но менять что-либо съемочная группа отказалась. А зря, ведь начальник отряда могла бы предложить сюжет “покруче”.

“Помнят ли те, кого пожарные вынесли из огня, своих спасителей?” – поинтересовалась я. И приготовилась слушать рассказы о теплой дружбе и признательности. Не тут-то было! В огне горят, как правило, люди пьющие до беспамятства, которые еще и сопротивляются, когда их спасают. Однажды пьяного пожарные подтащили к окну, коридор к тому времени почти полностью выгорел, и выходить через двери означало бы сгореть заживо. Тот, увидев пожарных в шлемах, принял их за инопланетян, растопырил руки и ни в какую. “Не полечу с вами!” Пришлось силой из окна выбрасывать. Пожарные получили тяжелые ожоги, а спасенный наутро о пожаре забыл. Чаще людей в огне гибнут животные. И если, к примеру, пожарный видит, что погибает кошка или собака, не задумываясь обливается холодной водой и лезет в пекло. “Неужели все такие добрые и храбрые?” – допытываюсь я. “Нет, конечно. Трусы тоже встречаются, но они в отряде надолго не задерживаются, у нас таким не место.”

Теперь – о зарплате и социальных гарантиях. На бумаге льгот немало, в действительности – все иначе. “Первогодок” – пожарный получает около 600 тысяч рублей, начальник отряда, у которого в подчинении 600 человек, немногим больше миллиона. В Федеральном законе “О пожарной безопасности”, принятом в 1994 году, и в Федеральной программе на 1995-1997 годы каких только благ и привилегий не обещается пожарным – и квартиры вне очереди, и кредиты на покупку жилья, и установка телефона чуть ли не по первому требованию, и денежная компенсация на использование личного транспорта в служебных целях, и многое другое. В случае гибели пожарного его семье положено выплатить сумму в размере 10-летнего денежного содержания, а в случае увечья или травмы – 5-летний заработок. Средства на эту манну небесную предполагается брать из федерального и местных бюджетов. А кубышка, как известно, пуста. И потому работают пожарные по 20-30 лет за квартиру, живут без телефонов и отливают личный бензин в боевые машины… Среди них – и наша героиня.

Наталья ЛИХАЧЕВА


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

СНПР НА МАЕВКАХ
ПОТЕМКИНСКИЕ ДЕРЕВНИ К ХРИСТОВУ ДНЮ
ТЕ, КТО ВЫЖИВУТ, ВЫБЕРУТ СЕРДЦЕМ
ВСЯ ВЛАСТЬ НАРОДУ!
НАШЕ – ЭТО БЕССПОРНО
ВОССОЗДАНИЕ ДЕРЖАВЫ. О СОЮЗЕ РОССИИ И БЕЛАРУСИ: ТОЧКА ЗРЕНИЯ ПАРТОРГАНИЗАЦИЙ
ОХРАНА НА ДОРОГАХ
ВРЕМЯ НЕ ОСТУДИТ ЛЮБОВЬ К СТУДНЮ
ПРОГУЛКИ ПО НОРВЕГИИ
Письма
КАЛЕНДАРЬ САДОВОДА И ОГОРОДНИКА. САЖАЛИ БАБЫ БОБЫ
МАЛЬЧИШЕЧЬЕ СЧАСТЬЕ
ЧТО ПОСЕЕШЬ, ТО И ПОЖНЕШЬ
НОСИТ ОДУВАНЧИК ЖЕЛТЫЙ САРАФАНЧИК
РЫНОЧНЫЙ КАННИБАЛИЗМ. ОТ ЭКОНОМИКИ “НОВЫХ РУССКИХ” К ЭКОНОМИКЕ ТРУДЯЩИХСЯ
КТО У НАС ОТНЯЛ ПОБЕДУ?
СОЛНЦЕМ ПАЛИМЫЕ
ТОЛПА УМНЕЕ И ПОСТОЯННЕЕ ГОСУДАРЯ
ПРЕЗИДЕНТ РОССИИ ОБЪЯВИЛ О МИРЕ И СОГЛАСИИ. КАК ЭТО ПОЛУЧАЕТСЯ ПО-БРЯНСКИ
ВСЕ ДЕЛО В ПРЕЗРЕННОМ МЕТАЛЛЕ…
СЕВЕР МЕЛКОТЕ НЕ ПО ГУБЕ
СТАВКА НА МОЛОДЕЖЬ
Роль НТВ в освещении чеченских событий


««« »»»