“РУССКИЙ ВОПРОС” В РОССИИ

За последние несколько лет не раз в печати и с разных трибун высказывалось опасение, что после краха коммунистической идеологии и марксистского интернационализма, после распада Советского Союза на всем пространстве бывшего СССР восторжествует национализм как единственная организующая идея, с которой потерявшие все ориентиры люди будут себя идентифицировать.

Действительно, как в бывших странах народной демократии, так и в союзных республиках выход из интернационального коммунизма советского образца происходил под лозунгами скорее национальными, чем либерал-демократическими.

Лидеры антикоммунистических движений больше были озабочены проблемами создания национальных государств, чем формированием рыночной инфраструктуры, созданием основ гражданского общества. Стремление создать национальное государство любой ценой привело к тому, что во многих бывших союзных республиках идея национального государства стала восприниматься как необходимость создания государства с обязательными привилегиями для коренного этноса. Таким образом, на первом этапе становления национальных государств этот процесс получил явно этнократическую окраску, что создало серьезные проблемы для некоренных этносов. Самый большой удар в этом смысле пришелся на русский этнос, 25 миллионов которого оказались за пределами нынешних границ Российской Федерации.

Россия оказалась единственной посткоммунистической страной, которая избежала искуса национальной консолидации. На то имелись и все еще имеются серьезные причины. Интернациональная идеологическая империя под названием Советский Союз могла бы существовать только лишь в условиях полного уничтожения наиболее самобытных элементов национальной культуры и менталитета у основного государствообразующего этноса. Вот почему наибольший урон был нанесен именно русскому народу в плане потери национальной идентичности за годы советской власти. Если учесть, что и до революции с этим вопросом были большие проблемы, так как русский этнос не имел ясной идентичности и в основном определял себя через православие или идентификацию с государством, то станет очевидным вся та наивность или глупость тех современных российских идеологов и критиков демократов, которые, по мнению этих идеологов, якобы не позволили русскому народу вернуться к своим дореволюционным национальным корням. Они забывают или делают вид, что им не известно, что с национальной идентичностью не все было ясно и тогда.

Дело в том, что эти корни не были определены, не прояснены для народа в целом. У интеллектуальной элиты и различных групп населения были самые противоположные представления, куда надо возвращаться русскому народу после краха коммунизма и каковы его исторические корни.

Таким образом, “русский вопрос” в России, открытый до революции, остается таким же открытым вопросом и в настоящее время.

После недолгого периода увлечения либерально-демократическими универсальными идеями, в России в последние годы снова подспудно идет процесс поиска национальной самоидентификации. Для нас сегодня представляет большой интерес вопрос, связанный с тем, насколько этот процесс может стать головной болью как для русского народа, так и для других народов России и “ближнего зарубежья”; удалось ли России проскочить фазу югославизации территории бывшего Советского Союза; как русский этнос видит свою роль и роль других этносов как в границах нынешней России, так и в “ближнем зарубежье”. От этого во многом зависит, насколько русский национализм или проблема этнической самоидентификации может представлять серьезную угрозу для других народов и каков потенциал возникновения так называемого “русского фашизма”.

Действительно, многие факторы внутри и вовне России способствуют сдвигу широких слоев российского общества от ценностей либеральной демократии западной цивилизации к поиску национальных ответов на те вызовы, с которыми столкнулся русский этнос. Кроме уже отмеченных тенденций в бывших национальных республиках, которые ставят в очень сложное положение русских в плане языка, образования, продвижения по служебной лестнице, что вынуждает многих покинуть давно насиженные места, есть серьезные факторы и внутри самой России. С подобными явлениями сталкиваются русские и в национальных республиках самой Российской Федерации. Это создает определенное межэтническое напряжение и в долгосрочном плане чревато серьезными конфликтами и столкновениями.

Две крайние точки зрения по политическому решению национального вопроса подпитывают и усиливают межэтническое противостояние. Речь идет о требовании губернизации всех российских национально-территориальных образований, с одной стороны. Эту идею поддерживают такие разные по своим общемировоззренческим взглядам люди, как, например, Солженицын и Жириновский. Другую крайнюю точку зрения поддерживают лидеры сепаратистов, требующих полной суверенизации всех национальных республик. Чеченская война – результат устремлений лидеров сепаратистов по реализации их подхода к решению национального вопроса в России.

На рост русского национализма, обретения русским этносом своего самосознания и этнической, а не государственной самоидентификации влияют как ряд факторов внутриэкономической жизни, так и новая роль России в мире. “Шоковая терапия” с ее тяжелыми экономическими и социальными последствиями воспринимается большинством населения и многими элитными группами как попытка искусственного насаждения западной модели жизнеустройства без учета национальной специфики России. Недовольство результатами реформ Гайдара-Черномырдина получает антизападную направленность, так как реформы проводятся при политической и идеологической поддержке западных государств и по рецептам Международного валютного фонда и других западных политических и финансовых структур. Еще несколько внешних факторов влияют на рост антизападнических настроений. Среди них нельзя не отметить явно выраженные двойные стандарты, которыми руководствуются западные политики, когда речь идет о защите прав человека в СССР или России, и которые проявляются в удивительно настойчивой и напористой форме, при этом полностью игнорируются вопиющие нарушения прав этнороссиян в “ближнем зарубежье”. Помимо этого такие факторы, как возведение барьеров на пути вовлечения России в международные экономические и политические структуры, попытки создания систем безопасности без участия России в Европе, вытеснение ее из зон своих традиционных интересов, создают в России подозрительность к новым партнерам, вызывают недоверие к их целям и замыслам в отношении к нашей стране.

Однако следует отметить, что все эти факторы в совокупности хотя и создают благоприятный фон для роста русского этнического национализма, но ни на уровне общественного сознания, ни на политическом уровне все еще не представляют собой сколь-нибудь серьезной угрозы для межнационального мира и стабильности.

Этот вывод опирается и на результаты текущей избирательной кампании. Баркашовцы вообще не участвовали в избирательной борьбе, явно не надеясь набрать необходимое количество подписей для регистрации своей организации. “Союз патриотов” Стерлигова не смог набрать в срок двести тысяч подписей и сошел с дистанции уже на первом этапе избирательной кампании в Думу. Общественное сознание в России сегодня не приемлет идеи этнического русского национализма. Все еще подавляющее большинство русских настроено вполне интернационалистично. Согласно одному из недавних опросов, за то, чтобы “Россия была государством русских людей”, высказались 11,3% опрошенных; мысль о том, чтобы “русские имели больше прав в многонациональной России”, поддержали всего лишь 13,8% респондентов. Подавляющее большинство опрошенных – 64,9% высказались в пользу утверждения, что “Россия – общий дом различных народов”. Пока что наибольшего успеха в эксплуатации русского национализма добилась партия Жириновского. Это объясняется тем, что еще при господстве коммунистического интернационализма Жириновский занял нишу, объективно существовавшую в тот период, – защитника этнических русских в условиях роста, в эпоху перестройки, национализма в союзных и автономных республиках на почве антиимперских и антирусских настроений. Идеи губернизации России и всего постсоветского пространства, включая бывшие республики СССР, обещание обеспечить русским достойную жизнь в новом российском государстве, национальная и социальная демагогия в исполнении достаточно талантливого политика, обладающего некоторыми харизматическими чертами, каковым является Жириновский, обеспечили ему победу на выборах 1993 года. Отсутствие у ЛДПР серьезно продуманной программы по национальному вопросу, где были бы даны четкие ответы на вопросы, кто является русским в России, какое место должны занимать они в строительстве российского государства, в каких границах должно существовать новое российское государство, шараханье ЛДПР в отношении к чеченским событиям не позволили Жириновскому закрепить за ним тот электорат, который голосовал за ЛДПР на выборах 1993 года.

В отличие от таких партий и блоков демократической ориентации, как “Демократический выбор России”, “ЯБЛоко”, и других, которые избегают в своих программных документах развернутых ответов по национальному вопросу в России, и особенно по “русскому” вопросу, в этой области проявляют большую активность КПРФ Зюганова и Конгресс русских общин (КРО) Скокова – Лебедя. Конкурируя с ЛДПР за право быть защитниками русского народа, обеспечить русским достойное место в России, одновременно эти две организации отсекают в своих программах все, что могло бы стимулировать этнический национализм, национальную нетерпимость, породить межнациональные конфликты и противоречия. Коммунисты отказываются от национализма крови, отвергают этническое определение русской нации. По мнению коммунистов, Россия, с точки зрения национальной, представляет собой сложную этническую общность, в основе которой лежит мощное ядро великороссов, малороссов, белорусов. При желании можно придраться к тому, что они делают упор на славянское ядро русского этноса, но, учитывая нынешние границы России и этнический состав населения, можно согласиться с тем, что представители других этнических групп, в отличие от ситуации в СССР, находятся в явном меньшинстве. Русский национализм в исполнении КПРФ делает упор не столько на этническом факторе, сколько на идеях возрождения национальной государственности как мобилизующей и интегрирующей силы не только русских, но и других этносов на территории России. Коммунисты также выступают за государственный патриотизм и возвеличивание российской истории, традиционных ценностей и форм жизнедеятельности.

По-своему пытаются найти ответы на национальный вопрос в России идеологи Конгресса русских общин. С одной стороны, подчеркивается особая роль русского народа как народа государствообразующего, а с другой – равноправие всех этносов, на основе которых формируется российская нация как основа русского национального государства. Чтобы никто не заподозрил лидеров КРО в русском национализме и приоритете этнических русских над другими этническими группами, лидеры КРО также отказываются от этнического определения русских по крови. Мало того, в рамках Конгресса, как бы подчеркивая “неполность” России без других этносов, кроме русского, лидеры КРО создали “Союз народов России”, демонстрируя тем самым равенство всех народов как равноправных частей российской нации в качестве основы российского государства.

Таким образом, с одной стороны, осуществляется попытка выделить этнических русских с их проблемами, определить их место в российской культуре и государствостроении, но при этом, с другой стороны, интегрировать все этнические группы, включая и русских, в рамках единого “Союза народов” в качестве основы российской государственности. Очевидно, что этим устремлениям КПРФ и КРО могут препятствовать как сторонники этнического национализма в России, так и националистически ориентированные элитные группы в российских национально-территориальных образованиях. Однако отрадно отметить тот факт, что на данном этапе хотя “русский вопрос” далеко не решен и проблема идентификации по этнической, религиозной, государственной или какой-то иной линии все еще остается открытой, национальный экстремизм русских, связанный со всякого рода фобиями по отношению к другим народам, не является актуальной угрозой. Все наиболее значительные национально ориентированные политические силы в России работают на консолидацию российского общества на основе скорее державно-патриотических идей, чем идей превосходства этнических русских над другими. Было бы неправильным завершить данную статью однозначным утверждением окончательной победы державно-патриотических идей над этническим национализмом. Россия находится в переходном состоянии. В результате реформ идет ломка старых институтов и ценностей и мучительное становление новых. Глубина кризиса и его длительность вполне способны повлиять на социальные процессы таким образом, что политический процесс все больше может окрашиваться в националистические краски экстремистского толка. Однако это – опасность стратегического характера, связанная с принципиальной нерешенностью “русского вопроса”. С этой опасностью нам придется жить до тех пор, пока не завершится процесс самоидентификации русского народа.

Андраник МИГРАНЯН


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

НЕ НАСКАНДАЛИШЬ – НЕ ВЫБЕРУТ?
СУЕТА ВОКРУГ ПИРОГА. ЗАМЕТКИ НА ПОЛЯХ ПРЕДВЫБОРНЫХ ПРОГРАММ
ПРАВЛЕНИЕ ЧЕРНОМЫРДИНА. ТРЕТИЙ АКТ ВСЕ ТОЙ ЖЕ ДРАМЫ
TOP TEN ВЕЛИКОБРИТАНИИ
ОБРАЩЕНИЕ К БЛОКУ
ДОСТОЙНОЕ ФРАНЦУЗСКОЕ КИНО ЕСТЬ И В СТОЛИЦЕ РОССИИ
Видео-44
НЕДЕЛЯ ВЫСОКОЙ МОДЫ: ОТ NINA RICCI ДО РОССИЙСКИХ ДИЗАЙНЕРОВ
ЛЕНИН И ТЕПЕРЬ…
ЧЕЧНЕ НУЖНЫ НЕ БОМБЫ, А КНИГИ
РОССИЙСКИЕ КОММУНИСТЫ: БРАК С ДЕМОКРАТИЕЙ
Болезнь президента
ЯДЕРНАЯ КНОПКА ВЫБОРОВ
“МОЕ ОТЕЧЕСТВО”: ПОЛИТИКА В ОБЛАСТИ ОБРАЗОВАНИЯ
РУБЛЬ ДЛЯ ГУБЕРНАТОРА
“Стабилизация”, но при этом и “глубокий спад”
“ОБНАЖЕННЫЕ” ROLLING STONES
В то время как воспрянувшие духом сторонники коммунистической…
СУДЬБА ЛЕТОПИСЦА
ЛОВЛЯ БЛОХ ВСЕМ ГОСУДАРСТВОМ
“ХУДОЖЕСТВЕННЫЕ ХРАПЫ” ВЛАДИМИРА ПРЕСНЯКОВА-СТ.
И ВНОВЬ КАДРЫ РЕШАЮТ ВСЕ
РОССИЙСКОМУ НАЦИОНАЛЬНОМУ ОРКЕСТРУ – 5 ЛЕТ
“ПАРТИИ ВЛАСТИ” ВЫБОРЫ НЕ СТРАШНЫ?
ПРАГМАТИК ВАЛЕРИЙ НИКУЛИН
ГОСУДАРСТВУ НЕ ДО КУЛЬТУРЫ


««« »»»