Уважаемый Эдуард Неамвросиевич!

Я не отношусь к числу Ваших поклонников, да и читал, честно говоря, только попадавшие под руку отрывки из Ваших произведений.
Но, может быть, по сходству несбывшихся судеб, Вы вызываете у меня какую-то симпатию. Я родился в 1946 году в семье офицера. Вы прекрасно описываете то время и ту среду. Я прекрасно помню и развалины, и праздничные вечеринки у взрослых, и новогодний утренник в клубе. Над верхушкой елки, на потолке, были нарисованы маленькие краснозвездные самолетики (часть была авиационной), а в них и вокруг них были маленькие дырочки. Это немцы, развлекаясь, стреляли в потолок по самолетам.
“В сознание пришел”, как Вы говорите в интервью, именно в военном городке. Военный городок в Винницкой области, возле узловой станции Вапнярка. Развалины, заплывающие окопы, ржавый немецкий танк, сожженный снарядом возле стрельбища, расколотый бомбой ботонированный круг танцплощадки, самолеты с аккуратно залатанными пробоинами. Расплющенный кожух “Максима” – мостик около рудника и ствол немецкой винтовки поперек лужи, чтоб переступать. А рядом – суворовские места: Тульчин и Тимановка, суворовские колодцы и Пражка, где русские гренадеры отрабатывали штурм настоящей Праги (варшавской). Я не знаю, какой таинственный инстинкт бывает у мальчишек и откуда мы знали, что в этом месте нало копать, чтобы найти круглую мушкетную пулю, а в этом – осколок-шпонку от противопехотки, чтобы стрелять им из рогатки. Кстати, Вы, наверное, помните, что лучший наконечник для стрелы самодельного лука получался из немецкой винтовочной пули – у них не было конического сужения, как у наших. Уже сейчас, задним умом, я удивляюсь атмосфере маленького военного городка: очень неплохой самодеятельный театр, смех и розыгрыши на вечеринках, походы, маевки и праздники для детей, единственный на всю округу телевизор, собранный офицерами-радистами во главе с капитаном дядей Колей, редкие свадьбы, когда все женщины городка изощрялись в кулинарном искусстве. И это – в начале пятидесятых. Помню первое посещение стрельбища. Офицеры стреляют из ТТ, и я совершенно четко вижу, как в момент выстрела из пистолета высовывается маслянистая трубка ствола (то, что ствол внутри затвора, было еще выше моего понимания, и движение затвора я не воспринимал. Видел так: высовывается ствол). Потом мне дают наган, его тяжесть выворачивает руку, палец еле дотягивается до спуска, но я упорно ловлю мишень на мушку. Выстрел – пуля раскалывает кол, на котором закреплен щит с мишенью, и под общий смех мишень заваливается набок. Ну, и чистка оружия – точно, как описано у Вас.
С 12 лет – по окраинам больших индустриальных городов. Кривой Рог – рудник “им. какого-то партсъезда”. Днепропетровск – пр. Гагарина. Из дома не убегал – и мысли даже не было. Родители развелись – жил с мамой, бабушкой и сестрой – единственный мужик в доме. Первый заработок – собирал бутылки. Воровством не занимался, хотя компания такая во дворе была. Последний класс заканчивал в вечерней школе, работая на заводе токарем.
До сих пор с ностальгией вспоминаю и свой п/я 186, и номер на проходной 17-33, который надо было сообщать солдату охраны, и светло-салатовый станок 1Е61МТ, и своего первого наставника Ивана Тимофеевича Шевцова. В школе к предметам, которые “не шли”, относился с нелюбовью, которые “шли” – с юмором. На выпускном сочинении отбросил юмор и иронию и впервые попробовал написать чего-нибудь серьезно, “как писатель”. Эффект был очень интересным: педсовет настоятельно порекомендовал двинуть на факультет журналистики. Я вежливо отказался. Тогда однажды вечером застал у нас дома преподавательницу литературы, которая убеждала мою маму склонить меня к журналистике, соблазняя тем, что и школа порекомендует, и завод подтолкнет, и рабочий стаж сработает – только согласись. Это был уже удар ниже пояса, и я отказался невежливо. Ибо уже тогда было для меня очевидно, что журналистика (в те времена) была духовной проституцией. Даже сейчас мурашки по спине ползут, когда представлю, что сдуру мог бы стать какой-нибудь какашкой вроде Коротича или Яковлева. Поступил – по достаточно большому везению – в технический институт, стал инженером и, пожалуй, не очень плохим.
Восхищаюсь Вашим трезвым взглядом на пьянку. Хорошо выпить – это удовольствие, а алкоголиком становиться не обязательно. Хотя, возможно, в слова “мужчина должен уметь надираться” мы вкладываем несколько различный смысл.
А вот к стихам относимся мы совершенно по-разному. Считать сочинение стихов серьезным занятием, ехать ради этого в Москву, переживать… Я всегда вспоминаю диалог Шаляпина с извозчиком:
- А ты, барин, где работаешь?
- А я, братец, пою!
- Да нет, барин, я, как выпью, тоже пою. А работаешь ты где? (Или что-то в таком духе.)
Я не считал сочинение стихов архаикой. Просто понимал, что после Пушкина это делать достойно – задача далеко не для всех.
Очень интересно было узнать происхождение псевдонима “Лимонов” – особенно в сочетании с Буханкиным и Одеяловым. Моя дочка – нестандартный маленький человечек – в возрасте 4-5 лет непрерывно импровизировала занимательные истории с большим числом действующих лиц. Фамилии она выдумывала мгновенно, с первого взгляда. У нее были и Стенкин, и Потолков, и Книжкин, и… Одеялов!
И еще. На том митинге, где Вы говорили с трибуны, я стоял в толпе. Я тоже наполовину (если не более) украинец, но я – “за Великую Россию, коей Украина – неотъемлемая часть”. Мне не нужен брехливый Кравчуковско-Ельцинский “суверенитет”. Я – за суверенитет не для “паханов”, а для граждан. Когда я вправе ехать к матери в Днепропетровск, а моя сестра переселяться с Днепра на Неву, не ломая при этом комедию с “гражданством”. За суверенитет любого украинца над тюменской нефтью и любого русского над курортами Крыма. Ясно ведь, что паханы затеяли “суверенизацию” только чтобы нас грабить. Всем стало хуже – зато эти юмористы изображают из себя “главу государства”. Дальше, когда начинаешь об этом думать, идут уже только трехэтажные выраженния, поэтому не буду даже отнимать у Вас время.
Удачи Вам и успехов.

Александр Константинович ТРУБИЦЫН.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ТВ-РЕЙТИНГ ДМИТРИЯ ВАСИЛЬЕВА
Александр Масляков: “Я не лишен тщеславия”
“Дисциплинарный санаторий”. Средство массового гипноза
ЧЕРНЫЙ СПИСОК СЕРГЕЯ ЛОМАКИНА
ИЩИТЕ ЖЕНЩИНУ
ХИТ-ПАРАД АЛЛАНА ЧУМАКА
ВЗГЛЯД НА ЗВЕЗДЫ: “ТЕМА”
КУЛЬТ ЛИЧНОСТЕЙ
ВЛАД ЛИСТЬЕВ
БОЕВАЯ НИЧЬЯ. ПОДПИСЬ ПОД ОДНОЙ ФОТОГРАФИЕЙ
МУЗЕЙ – НА СТРЕМЕ


««« »»»