КОНКРЕТНЫЙ ЧЕЛОВЕК МАРТИН ШАККУМ

О конкретном человеке и говорить нужно конкретно. 44-летний Мартин ШАККУМ, в течение последних четырех с лишним лет занимающий пост генерального директора Международного фонда “Реформа”, а до этого успевший поучиться в Калининградском высшем военно-инженерном училище, закончить Всесоюзный заочный строительный институт, поработать в занимавшейся проблемами освоения космического пространства научно-исследовательской лаборатории и поруководить подразделением Главмособлстроя, сегодня намерен баллотироваться в депутаты Государственной думы. Мартин Люцианович уверен, что ему есть, с чем обратиться к людям…

СИЮМИНУТНОЕ

— Мартин Люцианович, как вы относитесь к активно обсуждаемой в последние дни идее об отмене или переносе парламентских выборов на более поздние сроки?

— Думаю, эти разговоры отражают опасную тенденцию. В первую очередь, нужно разобраться, кому это выгодно. Полагаю, все-таки не президенту и даже не правительству, а тем партиям, общественным движениям и объединениям, которые чувствуют, что в результате предстоящих выборов в Госдуму потеряют значительное количество мест в нижней палате Федерального собрания России. Ясно, что Владимир Жириновский и его ЛДПР не сумеют сохранить прежнее представительство в Думе, поэтому они заинтересованы в сохранении существующего статус-кво. Понимаю я и Егора Гайдара, готового использовать любой повод, чтобы заявить о своем демарше и отказе от участия в выборах. Выбороссам ничего в декабре не светит, поэтому они были согласны якобы из солидарности с ЯБЛоком бойкотировать, как они выразились, политический фарс, намеченный на 17 декабря. А почему фарс? Только потому, что Егор Тимурович сомневается в поддержке народом его партии?

Нет, президент заинтересован в проведении выборов. Ему нужно дорожить демократическим имиджем. Достаточно подмочивших в глазах Запада репутацию главного российского демократа факта расстрела Белого дома и методов наведения конституционного порядка в Чечне.

— Но ведь все специалисты в один голос твердят, что наибольшие шансы на победу в декабре имеют коммунисты. Вы полагаете, что Ельцин сумеет найти общий язык с прозюгановской Думой?

— Не факт, что Дума окажется прозюгановской. Во-первых, социологи не раз давали основания сомневаться в точности своих прогнозов. При любом раскладе почти наверняка можно утверждать, что ни одно движение или партия не сумеют получить в Думе абсолютного большинства. Конечно, коммунисты могут завоевать значительное количество голосов избирателей. Демократия в нищей стране не приживется. В ней место или коммунистам, или фашистам. Чем дольше тянуть, тем больше шансов появляется у Зюганова и его союзников. Давайте отложим выборы на несколько месяцев, за время которых народ еще более обнищает, а потом посмотрим, за кого пойдут голосовать люди. Разумеется, за тех, кто пообещает вернуть прошлую жизнь. Это так, но, повторяю, абсолютной победы, дающей возможность самостоятельно определять политику парламента, у коммунистов сегодня не будет. Кстати, я не ощущаю особой опасности, которая якобы исходит от КПРФ. Это уже не те большевики, которых все боялись. Зюгановцы выступают за многоукладную экономику, по многим вопросам высказывают весьма трезвые мысли.

И, наконец, еще один аргумент в поддержку тезиса о том, что президенту нет нужды опасаться парламента. У Ельцина есть в запасе такое сильнодействующее средство, как право роспуска Думы. В отличие от нынешнего парламента тот, который предстоит избрать, не будет обладать годовым иммунитетом. У президента достаточно власти, чтобы справиться с Думой.

— Власти, возможно, и достаточно, но достаточно ли сил? Не моральных — физических. Теперь ведь приходится учитывать в прогнозах и факт слабеющего здоровья главы государства. Или же вы исключаете вероятность превращения Бориса Николаевича в декоративную фигуру, напоминающую тени прошлого — Брежнева, Черненко?

— С сожалением приходится признать, что наш президент потратил слишком много сил в борьбе за власть, а на само правление запала, похоже, и не осталось. Ельцин сдал не сегодня, он значительно изменился после 1991 года. И все же я не стал бы сейчас подыгрывать тем, кто стремится изобразить президента безвольной марионеткой. Убежден, что Ельцин в самом деле контролирует ситуацию в стране, лично принимает все важнейшие решения. Борис Николаевич продолжает оставаться гарантом неизменности проводимой политики, поэтому я не стал бы драматизировать ситуацию.

ЗЛОБОДНЕВНОЕ

— А черномырдинскому “Нашему дому”, как полагаете, на руку срыв выборов?

— Давайте не забывать, что НДР — это фактически правительственная партия. В связи с этим необходимо сказать о курсе кабинета Виктора Степановича. Дело в том, что с апреля 95-го года правительство фактически начало осуществлять новую экономическую политику. Собственно, цель осталась старая, обновились только методы, хотя понять глубину замысла удается не сразу.

В частности, один из корней зла я вижу во введении валютного коридора. Точнее, не в самом коридоре, а в том, как все было сделано. Де-факто стабилизировав курс рубля по отношению к доллару, но сохранив при этом ставку рефинансирования на уровне 180 процентов, правительство, по сути приступило к разрушению последних островков отечественной экономики. Это касается в первую очередь промышленного производства и банковской сферы.

— В чем конкретно, по-вашему, заключается это разрушение?

— Один пример. Представьте, что в Америке или Германии банки, сговорившись, вдруг установили ставку кредитования своей промышленности под 150 процентов. Долго ли протянет экономика этих стран? Полагаю, не больше пары лет. Понимаете, не бывает подобной нормы прибыли — 150 процентов. Предприятия станут банкротами, заваливаясь, они потянут за собой мелкие банки, те — средние, потом придет черед крупных. К слову, в США 14 тысяч банков, а мы, имеющие две тысячи, кричим, что у нас их развелось слишком много. Но это отдельная тема. А сейчас давайте продолжим разговор о том, кому нужен ускоренный развал отечественной экономики.

Я долго не находил ответа на этот вопрос, пока мне не попался на глаза свежий номер журнала “Обозреватель” со статьей руководителя группы экономических проблем Аналитического управления президента России Михаила Делягина. Цитирую: “Для успешного развития российской экономики необходима концентрация национального капитала в крупные монополии, пользующиеся государственной поддержкой… Вместо традиционного для развитых стран государственного монополизма возникнет олигархия”. Понимаете? Замысел заключается в том, чтобы создать монополии и развалить все остальное. Кто окажется в главных монополистах? Сырьевые и добывающие отрасли — газовая, нефтяная, металлургическое производство. То есть то, что можно продать на Запад.

Но это еще не все. Читаем дальше, сейчас пойдет самое интересное: “Объединение конкурентоспособных производств, их ускоренное сращивание с финансовым капиталом создает все необходимые предпосылки для консолидации их политических представителей вокруг блока “Наш дом — Россия” (НДР), которому почти обеспечена поддержка регионов, получающих финансовую помощь из федерального бюджета (в 1995 году их было 67, в 1996-м планируется 75)”.

Что тут добавить? Вдумайтесь: НДР собирается получить дополнительную поддержку из регионов, посаженных на иглу госдотаций. Значит, правительство сознательно планирует разорить субъекты Российской Федерации, чтобы сделать их ручными и послушными. Мол, если не поддержите НДР, и дотаций не увидите.

Последняя цитата из статьи Делягина: “В результате новая Государственная дума, скорее всего, будет в той или иной форме контролироваться представителями НДР.

По мере ослабления неконкурентоспособных производств влияние НДР будет возрастать, и к середине — концу 1996 года в России, скорее всего, сложится ситуация безусловного доминирования одной партии в условиях многопартийной системы”.

Здесь Делягин остановился, но можно продолжить полет его мысли: полный контроль над Госдумой, внесение поправки в Конституцию, закрепляющей за НДР статус правящей партии. В экономике царят монополии, управляемые финансовой олигархией…

Вот, оказывается, где собака зарыта! Мы страну разваливаем для того, чтобы их “Наш дом” пришел к власти. Благородная цель, ничего не скажешь! Инфраструктура окончательно пришла в упадок, в результате денежного этапа приватизации по Чубайсу остатки собственности уйдут за бесценок, весь мир в пределах одной шестой части суши до основанья мы разрушим, а затем?.. Давайте смотреть правде в глаза: экономический курс правительства всегда определял не Виктор Черномырдин, а Анатолий Чубайс. Этот же человек, известный своим фанатизмом, стремлением довести все до конца, даже до абсурда, не успокоится, пока мы все не окажемся на самом краю. Изменить сегодня политику — это все равно, что признать, будто курс последних лет оказался ошибочным. Проще угробить державу, чем расписаться в собственной неправоте. Страна повиснет над пропастью, а нам потом объявят, что не остается ничего иного, как железной рукой навести порядок. В результате мы получим ухудшенный вариант собственного прошлого. Те же яйца, только всмятку. У нас будет режим даже не а-ля Брежнев, а чисто сталинский. Вы знаете, что уже сегодня от промышленного производства осталось две пятых того, что мы имели в 1985 году? С 1914 по 1920 годы промышленное производство в России упало на одну пятую, а сельскохозяйственное производство — на 50 процентов. Но это ведь после двух революций и двух войн, одна из которых — мировая. Сегодня без революций получили худший результат. Выходит, страна доводится до такого положения сознательно? Во всяком случае, так нам объясняет ответственный сотрудник аппарата президента России. Статья-то Делягина как называется: “Чем хуже, тем лучше”! С ума сойти можно!

А мы, бедные, головы ломаем, статьи пишем, разрабатываем для правительства рекомендации по поиску путей вывода страны из кризиса. А выводить никто никого и не собирается. Нас наоборот заталкивают на самое дно. Чтобы из пропасти мы просили жалкие объедки со стола победителей из НДР и радовались каждой доставшейся крохе. НДР получит власть, которая не снилась и КПСС. Вся страна, по сути, окажется заложницей “Нашего дома” и его союзников.

КОВАРНОЕ

— Вы не сгущаете краски?

— Если только допустить, что господин Делягин искусный провокатор, который должен смутить доверчивые умы. Но на это не похоже. Скорее, аппаратчик сболтнул лишнее, произошла утечка информации. Не исключено, что это делается и в расчете, что Запад все заметит и оценит. За рубежом ведь такой, с позволения сказать, экономический курс только приветствуется. Мы без боя сдаемся на милость победителя.

Страшно подумать, что все делается исключительно во имя сиюминутных политических интересов группы высших российских чиновников. Они не учитывают то обстоятельство, что это в двадцатые годы можно было разорить страну дотла, а потом ценой героических усилий всего народа наверстать упущенное, догнать развитые страны. В наше время никакие подвиги уже не спасут. Стоит однажды вылететь на обочину цивилизации, и уже на большак мировой экономики никогда не выберешься. Сегодня новую Магнитку с носилками и лопатами не построишь.

Самое ужасное, что за все по традиции придется расплачиваться русскому народу. Конечно, он привык молча терпеть, но всему же есть предел. Помните анекдот о том, как на собрании объявляют, что наверху принято решение в связи с нехваткой продовольствия повесить каждого второго. Все выслушали сообщение молча, только один человек руку поднял и сказал: “Рабочий Иванов. Позвольте уточнить: а веревки с собой приносить или профком выдаст?” Похоже, профком в лице НДР и о веревках решил позаботиться…

Страна бы уже рухнула, но запас социалистической прочности оказался выше, чем можно было предположить. Очень много, как выясняется, мы успели создать за эти семьдесят лет, в один присест не развалить. Академик Николай Петраков, критикуя политику нынешнего правительства, пишет: “Один из длинного ряда министров экономики, прошедшего за последние годы перед глазами ожидающей обещанного экономического чуда публики, так и говорил: сперва надо удариться о дно, а затем начнем всплывать… Однако ныряльщик может и не всплыть. Откуда уверенность, что ему хватит запаса воздуха, кто сказал, что он умеет плавать? Пока наблюдается малообнадеживающее барахтанье российских руководителей в экономическом море”.

КОНКРЕТНОЕ

— Мы с вами идем по классической российской формуле. Будем считать, с тем, кто виноват, разобрались. Теперь бы ответить, что делать?

— К сожалению, пока такой вопрос не стоит. Сначала нужно получить в свои руки реальные рычаги управления экономикой страной. Первый шаг в этом направлении — парламентские выборы. Только после этого можно будет говорить о создании специальных государственных программ — нет, не выхода из кризиса, а восстановления экономики. В мире существуют десятки примеров, как выбраться из ситуации, в которой мы все оказались.

— Польшу возьмем за образец или кого-нибудь из латиноамериканцев?

— Найдем что-нибудь поближе и породнее. Можно и отечественный опыт использовать. Нет, речь о национализации всего и вся не идет, поворачивать на 180 градусов мы не собираемся. Рентабельно работающие предприятия никто трогать не станет. Другое дело, когда кто-то приобретает монопольное право на природные ресурсы, являющиеся народным достоянием… Нельзя допустить, чтобы недра использовались в интересах маленькой группы присосавшихся к кормушке.

Искривления в экономической политике будем исправлять всем миром. Мы говорим о реформах и параллельно устраняемся от управления экономикой. Реформы необходимо проводить под возрастающим контролем со стороны государства, только в этом гарантия успеха. Наше правительство делает все наоборот. Пример с валютным коридором. Это второй этап, который должен следовать за введением внутренней конвертируемости. О валютном же коридоре можно заводить разговор только после наступления периода финансовой стабилизации. В России же, к сожалению, ничего подобного пока не наблюдается, поэтому мы имеем то, что имеем. Вы знаете, что весной этого года наше промышленное производство упало еще на восемь процентов, а Чубайс, как утверждает в своей статье “Минус 8 равно плюс 2” доктор экономических наук Вилен Перламутров, велел исправить в статотчетах эту цифру на плюс один процент? Как это называется? Фальсификация? Преступление?

Куда это годится: у нас долларовая инфляция составляет ежемесячно около пяти процентов. Представьте: страна каждый месяц дешевеет. Если дальше так пойдет, американский безработный сможет на пособие купить Волжский автозавод с КамАЗом в придачу.

Этого допустить нельзя. Замысел, обнародованный господином Делягиным, мы постараемся сорвать.

— У вас есть конкретный план?

— Я же вам ответил: есть, но обнародовать его пока время не пришло. Сначала необходимо преодолеть барьер парламентских выборов. Я совершенно сознательно иду в Госдуму. Иду бороться, поскольку понимаю, что не в разрушении отечественной экономики, обнищании народа и криминализации общества наше счастье. У меня дочка учится в пятом классе, и мне за нее страшно — и не только из-за преступников, которые могут подстерегать любого за каждым углом, но и из-за того, что я не знаю, какую страну оставлю своему ребенку. Я хочу видеть Россию такой, чтобы в ней все имели возможность стать счастливыми.

— Но ведь лично вы, Мартин Люцианович, и сегодня располагаете достаточными средствами, чтобы обеспечить себе персональное счастье.

— Считаете, можно радоваться жизни в несчастной стране?

Да, я занимаюсь предпринимательством, но только во имя того, чтобы добыть средства для нормального функционирования фонда “Реформа”. Я не имею сколь-нибудь значительных личных капиталов, не являюсь владельцем или совладельцем предприятий, банков или иных коммерческих и финансовых структур. Я не тот частный капиталист, которого вы могли нарисовать в своем воображении.

Повторяю: да, я зарабатываю деньги — на благую общественную деятельность, каковой я считаю научно-практические исследования “Реформы”. Под крышей нашего фонда собраны, пожалуй, лучшие экономические силы страны — Станислав Шаталин, Леонид Абалкин, Николай Шмелев, Станислав Ассекритов, Степан Ситарян и другие. В фонде “Реформа” сформирован уникальный департамент проектов и программ, который занимается разработкой и реализацией финансируемых из госбюджета и внебюджетных фондов социальных федеральных программ, направленных на повышение занятости населения, оказание помощи инвалидам, детям-инвалидам.

Конечно, делается многое, но планов еще больше. Что касается лично меня, то, не сомневайтесь, я умею зарабатывать деньги. Разбогатеть я успею, вопрос в другом: я хочу богатеть вместе со своей страной, а не за счет ее.

Не вижу ничего страшного, если в будущую Думу придут обеспеченные люди, только бы не голодные. Во всяком случае, первые не станут суетиться, торопясь подгрести под себя побольше. Другое дело, что надо поставить заслон на пути в парламент перед криминальными личностями, рвущимися в Думу исключительно ради депутатского иммунитета, статуса неприкосновенности. Впрочем, и эти люди не опаснее пустомель и говорунов, умеющих только воздух молоть, но не совершивших в жизни ни одного самостоятельного поступка. К сожалению, таких демагогов, щедрых на обещания, я вижу в списках кандидатов достаточное количество. Могу заверить: я не из таких. Мне приходилось руководить государственными предприятиями, возглавлять коммерческие структуры. Я человек конкретный, практик, под моим руководством и сегодня работают сотни, даже тысячи людей.

— Кстати, о предвыборных обещаниях. На встречах с избирателями вы что-то им сулите?

— Никаких коврижек и золотых гор. Говорю лишь то, что реально могу сделать. Надеюсь, я сумел доказать своей жизнью, что мне можно верить.

Не скрою, есть много такого, что меня сегодня беспокоит. Например, судьба жителей очень дорогого мне подмосковного города Красногорска, где я родился и вырос. В шестидесятые годы мальчишкой я гонял мяч на пустырях, где сравнительно недавно выросли прекрасные жилые дома, возведенные Красногорским механическим заводом, комбинатом ТИГИ. Мой город вырос за счет этих и ряда других предприятий, финансировавших развитие социальной сферы, строительство поликлиник, больниц, детских дошкольных учреждений. Сегодня предприятия, столько сделавшие для Красногорска, находятся в упадке. Особенно это касается механического завода, вся работа которого зависит от оплаты государственного заказа. Значит, надо помочь КМЗ, как когда-то завод помогал городу.

Нет, увы, сегодня и прежних крупных строек, как в пресловутые годы застоя, хотя жилищная проблема по-прежнему остра. Нет, я призываю не к возврату в прошлое, а к ведению многоукладной, социально ориентированной экономики.

Еще одна проблема, которой я сегодня уже касался. Разгул преступности. Все в один голос говорят, что никогда прежде не было подобного беспредела. Дошло до того, что люди боятся в темное время суток выходить на улицу, открывать дверь после звонка. Честно скажу: мне жутко отправлять ребенка в школу, я не нахожу себе места, пока не узнаю, что дочка благополучно вернулась домой. Посмотрите газеты, обязательно найдете в них сообщение об очередном насильнике или маньяке. Это стало прозой, бытом, с которым мы вынуждены соседствовать. Прав Станислав Говорухин: “Так жить нельзя”.

Да, при социализме мы были многого лишены, не знали свободы слова или, к примеру, свободы вероисповеданий. Сегодня это есть. Но почему, приобретая одно, мы должны терять другое, не менее ценное? Почему мы не обрели свободу от нужды и от страха? Наши правители ввергли страну в бедность, поселили в людских душах неуверенность даже не в завтрашнем, а в сегодняшнем дне. Со всеми этими пагубными проявлениями я и хочу бороться в Государственной думе.

— Мартин Люцианович, а не проще ли построить себе персональный запасной аэродром в тех краях, где всегда тепло и где можно ходить по улицам без охраны? Там и дочке учиться было бы, наверное, интереснее.

— Вы о загранице? Конечно, я прошел такую жизненную школу, что даже без рубля или цента за душой не пропаду ни в одной цивилизованной стране мира. Я найду, чем заниматься, смогу стать нужным и полезным. Но я не строил и не собираюсь строить для себя и своей семьи никаких запасных аэродромов. Я родился здесь, здесь и умереть хочу. В этой стране живут мои родители, друзья, земляки. Хочу, чтобы дочка не страшилась Родины, а гордилась тем, что носит звание гражданки великой России. По-моему, это достаточно благородная цель, чтобы посвятить ей остаток жизни, сколько мне ее ни отпущено.

— Полагаете, Мартину Люциановичу Шаккуму сподручно защищать в Думе интересы России и россиян?

— Вас смущает мое имя? Я на три четверти русский. Моя бабушка по отцовской линии — коренная волжанка, прадед был первым кулачным бойцом на Волге-матушке, материнская родня — крестьяне, в последствии колхозники из Благовещенского района Амурской области. Да, у меня был дед латыш, и я очень им горжусь. Этот человек трагически погиб в 35 лет, но успел к этому возрасту многое сделать. Он был капитаном крупнейшего на Каспии танкера. Мой дед обладал необыкновенной силой воли, он мог подчинить себе практически любого. Дед на спор подходил сзади к первому встречному и говорил: “Ты падаешь, падаешь, падаешь!” — через секунду человек валился снопом на землю. Сила внушения? Рассказывают, что дед мастерски управлял танкером. Про деда говорили: “Он так пришвартуется, как причал поцелует”. Перед смертью дед сказал моему отцу: “Люциан, если люди скажут тебе, что ты подлец, это еще не конец света — люди могут ошибиться. Но если ты сам скажешь себе, что сподличал, тогда дальше и жить не стоит”. Этим принципом я руководствуюсь всю свою жизнь. Процитирую и не популярного ныне Сталина: “Перед тем, как что-то сделать, семь раз подумай. Но сделав, не жалей”. Конечно, я мог бы, наверное, прожить свои 44 года лучше, достойнее, но и сделанного не стыдился и не стыжусь. Главное, что ставлю себе в заслугу, так это то, что никогда не имел компромиссов с собственной совестью.

— Как человек конкретный вы наверняка просчитываете варианты на тот случай, если вам не удастся одержать победу на выборах?

— Начнем с того, что нет смысла ввязываться в драку, если ты не веришь в собственные силы и в то, что сумеешь победить. Я не без оснований надеюсь, что поход в Думу завершится успешно. Это первое. Второе же заключается в том, что я при любом исходе не оставлю своих попыток изменить жизнь сограждан к лучшему. Другое дело, что мандат депутата позволит мне решать возникающие и существующие вопросы и проблемы на качественно ином уровне. Дума ведь Государственная. Впрочем, не скрою, я и сегодня обладаю достаточным авторитетом и влиянием, чтобы приносить пользу тем, кто нуждается в моей помощи и защите. Повторяю: Дума может лишь расширить масштаб моих полномочий, сделать работу эффективнее.

— С кем вам предстоит бороться на выборах?

— Кандидатов много, но, пожалуй, основные – это господа Калашников, нынешний председатель комитета по труду и социальной политике Госдумы, и Левицкий, управделами московской областной администрации.

Смею заверить, я сумел бы лучше распорядиться той властью, которой обладают сегодня эти люди. Калашников, к примеру,так и не сумел добиться, чтобы хотя бы в его родном округе пенсии выплачивались своевременно. Не хотелось бы давать советы господину Левицкому, но вы поезжайте в Подмосковье и посмотрите, как так живут люди… Становится не легче, а тяжелее”.

ВЕЧНОЕ

— На десерт — вопросы не по теме. Встретил в вашем кабинете певца и композитора Михаила Звездинского. Дружба?

— Старая и крепкая. Я очень люблю раннего Звездинского, считаю Михаила талантливым человеком. Поддерживаю я приятельские отношения и с Крисом Кельми, горжусь знакомством с Иосифом Кобзоном, на песнях которого воспитывался. Я дорожу контактами с людьми искусства.

— Вижу у вас на столе фотографии, на которых вы запечатлены в амуниции рыболова. Похвалитесь успехами.

— Да, рыбалка на Волге — это моя давняя и самая сильная страсть. Когда доработаюсь до ручки, беру несколько дней и — в Астрахань. Глотну свежего воздуха и — обратно в Москву.

— Какой самый большой улов был у вас в этом году?

— Вытащил белугу весом 215 килограммов. Это абсолютный рекорд. До этого самая крупная особь тянула на 212 кило.

— Неужели рыба может весить два центнера с гаком? Признайтесь, рыбацкая байка?

— Сущая правда. Посмотрите фото.

— Сколько же времени вы тянули эту рыбину?

— За полчаса управился в одиночку. Не поверите: поймал на 6-миллиметровую леску. Впрочем, это не совсем леска, а специальный синтетический шнур… Я когда за границу выезжаю, все деньги трачу в магазинах рыболовецких снастей.

— В этом году еще порыбачить планируете?

— Хотел слетать на ноябрьские праздники, но не удалось. Теперь уже будет некогда — выборы скоро. Придется рыбалку отложить до весны…

Андрей ВАНДЕНКО


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

И ПОЛИТИКИ СТАНОВЯТСЯ ЭКОНОМИСТАМИ
ДИСКУССИЯ В ФОНДЕ “РЕФОРМА”
КТО БОИТСЯ ВЫБОРОВ В ГОСУДАРСТВЕННУЮ ДУМУ?
РОССИЯ – ИРАН: ПОПЫТКА ТОРПЕДИРОВАТЬ НЕФТЯНОЙ КОНСОРЦИУМ ПО КАСПИЮ
“НАШ ДОМ – РОССИЯ”. РЕГИОНЫ НЕ В ВОСТОРГЕ
РОССИЙСКИЕ ВЫБОРЫ, ЧТО ЗА ЗАНАВЕСОМ?
САМ СЕБЕ СУДЬЯ
КТО ЗАПЛАТИТ?
Перефразируя древних, скажем: истина познается в сравнении
ПЛОХОГО ЕЛЬЦИНУ НЕ ЖЕЛАЕМ, НО ЕЩЕ РАЗ ПРЕЗИДЕНТОМ ЕМУ НЕ БЫТЬ
КРАСНОВ С КРАСНОЙ ПРЕСНИ
ОТГОВОРИЛА РОЩА ЗОЛОТАЯ…
НОВАЯ ОКТЯБРЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ НЕ СВЕРШИЛАСЬ… ПОКА
Насколько совершенно действующее избирательное законодательство?
РЕФОРМЫ ПО ПЕТРУ


««« »»»