НА ОБОЧИНЕ РЕФОРМ

То, что статистические цифры лукавы, известно давно. То, что цифры могут интерпретироваться по-разному, тоже.

Статистический сборник “Социально-экономическое положение России, 1994 г.”, выпущенный недавно Госкомитетом России, с нескрываемым энтузиазмом подводит итоги ситуации с жилищным строительством. Делается это, правда, несколько своеобразно – на основе данных о наращивании ввода жилья индивидуальными застройщиками. Так, за год ими было введено 7 млн.кв.м общей площади против 5,6 в прошлом году и 4,9 – в 1992 году. Нет сомнения, что новые кирпичные особняки, размеры и архитектура которых удивляют даже иностранцев, оживляют российские пригородные пейзажи. Однако вряд ли это может свидетельствовать о начале строительного бума, как пролога общего экономического подъема.

В 1994 г. в России было введено 38,5 млн.кв.м общей площади жилья, или на 8% меньше, чем в 1993 г., и на 23% меньше, чем в 1991 г.. По сравнению с 1990 г. годовой ввод жилья в России сократился на 38%, что, конечно, меньше, чем падение промышленного производства, но уж никак не строительный бум. При этом в 1990 г. за счет населения, включая кооперативы, было введено 8,9 млн. кв .м жилья, то есть на 12% больше, чем в минувшем “рекордном” году. Приведенные данные свидетельствуют, что жилищное строительство находится в кризисной ситуации, как и все народное хозяйство. Можно даже утверждать, что жилищное строительство охвачено более глубоким кризисом, поскольку окончательно подорвана система финансирования жилищного строительства, и у правительства, судя по всему, нет четких представлений о том, как оживить этот важнейший сектор экономики, который мог бы сыграть роль локомотива для общего экономического подъема в России.

Советская система “бесплатного” предоставления жилья и “дешевой квартплаты” на самом деле не была ни социально справедливой, ни экономически разумной. Во-первых, четверть семей в стране не имела государственного жилья. Это, прежде всего, сельские жители, жители малых и средних городов, часть служащих и интеллигенции, вынужденных улучшать свои жилищные условия в кооперативах, где условия помощи государства в виде краткосрочного кредита на оплату части стоимости жилья были более жесткими, по сравнению с развитыми капстранами. В 1990 г. за счет средств кооперативов и граждан было введено 24% общей площади жилья.

Во-вторых, бесплатное предоставление жилья и дешевая квартплата на самом деле для экономики страны были и не бесплатными и не дешевыми. Народное хозяйство несло немалые и вполне конкретные расходы как на жилищное строительство, так и на текущее содержание жилого фонда, которые лишь на несколько процентов покрывались мизерной квартплатой. Чудес, как известно, не бывает. Эти средства не дарились народу Международным валютным фондом или Парижским и Лондонским финансовыми клубами. Эти средства перераспределялись внутри советской хозяйственной системы через существовавшую систему цен, налогов и заработной платы. При этом реальные издержки в конечном итоге распределялись на всех граждан примерно поровну, а вот доступ к государственному жилому фонду у различных категорий граждан складывался отнюдь не одинаково.

Известные категории советских и партийных служащих могли рассчитывать на улучшенное жилье и специальные очереди, сроки получения квартир в которых были в несколько раз короче, чем в общих очередях. Значительная часть населения, доля которого оставалась на удивление стабильной, долгие годы ожидала в очередях бесплатную квартиру и, наконец, немалая часть населения вообще находилась в тупиковой ситуации, поскольку если в семье приходилось не менее 7 кв. м жилой площади на человека, то просто отсутствовала возможность улучшить жилищные условия даже через жилищные кооперативы. При этом средняя заработная плата, которая регулировалась довольно жестко, ориентировалась на дешевое государственное жилье.

Существовавшая система дешевого государственного жилья оказывала негативное воздействие на всю экономику, поскольку жилой фонд исключался из системы экономических стимулов, деформируя искаженную по сравнению с остальным миром структуру потребительского спроса, заработной платы и цен. Излишние денежные доходы не имели стабильного выхода в недвижимость и расходовались на накопление хрустальных, золотых, ковровых и меховых изделий и прочих “предметов роскоши”, периодическое повышение цен на которые и характеризовало динамику инфляционных процессов. Такая модель потребления принципиально отличалась от большинства стран с развитой экономикой, где недвижимость в форме современного комфортного жилья является важнейшим элементом потребительского рынка, главной сферой приложения накоплений широких слоев населения и серьезнейшим стимулом к эффективной трудовой деятельности. Именно поэтому развитие жилищного сектора за счет собственных доходов населения выступает одним из важнейших факторов формирования структуры внутренних цен и обеспечения общей экономической стабильности в развитых странах. Отсутствие развитого рынка жилья, ориентированного на средние доходы, является одной из важнейших причин искажающих структуру советских, а теперь и российских цен от мировых, что в свою очередь существенно искажает в сторону занижения курс российского рубля.

Рассматривая как историю, так и дальнейшие перспективы экономической реформы России, трудно не обратить внимание на то обстоятельство, что ситуация в жилищном секторе российской экономики оставалась вне поля зрения как реформаторов эпохи Горбачева, так и либеральных монетаристов из команды Гайдара. Последние, проводя пресловутую либерализацию цен, вообще непонятно чем руководствовались. Отпустив цены, они умудрились держать их на основные дотационные продукты – нефть, газ и другие товары ТЭКа, продукцию сельского хозяйства и жилищное хозяйство. Эта “мудрая” политика уже к середине 1992 г. спровоцировала такой платежный кризис, из которого народное хозяйство не может выкарабкаться до сих пор.

Сложившаяся структура цен и доходов загоняет жилищную проблему в тупик, из которого в рамках проводимой экономической политики просто нет выхода. Раскрутив цены в 4,5 тыс. раз, по сравнению с 1990 г. наши реформаторы не смогли вывести жилищный сектор на режим реального самофинансирования. Теперь, кажется, спохватились, решив, что платить за жилье должны сами граждане, поскольку ни упавшие предприятия, ни местные бюджеты такую ношу нести не смогут. Сказано – сделано. Взяли и подняли в 7,5 раз квартирную плату и стоимость других коммунальных услуг. При этом проведенный скачок не решает проблемы, поскольку новые цены лишь на 16% покрывают необходимые затраты на текущее содержание жилого фонда. Это означает, что для того, чтобы жилищное хозяйство нормально существовало на общепринятых в мире нормах, квартплата должна была бы быть в январе поднята не в 7,5 раз, а в 46 раз. Стандартная двухкомнатная квартира должна была бы обходиться в этом случае в 260 тыс.рублей в месяц, то есть в 10 минимальных заработных плат. Таких ценовых соотношений нет ни в одной более или менее развитой стране мира. Они, как мне кажется, наглядно показывают всю убогость экономического мышления “самых либеральных реформаторов” российского образца.

Выход из театра экономического абсурда, куда завели нас стипендиаты от МВФ, лежит в проведении серьезных экономических реформ, направленных на преодоление глубоких структурных диспропорций в ценах и доходах. За жилье должны платить граждане, а не бюджет. Только тогда оно будет распределяться социально справедливо – в зависимости от желаний и экономических возможностей граждан. Но чтобы граждане могли оплачивать накопленный жилой фонд, их заработная плата должна позволять это делать. Из бюджета помощь на жилье должны получать только малоимущие, пенсионеры и социально ущемленные категории граждан. Такая помощь может оказываться в форме специальных социальных целевых чеков, используемых для оплаты жилья и продуктов питания. Остальные граждане, получающие заработную плату из бюджета, должны получать прямую доплату, равную увеличению квартплаты в расчете на среднюю фактическую обеспеченность общей площадью жилья в России. В 1994 г. такая обеспеченность составляла 16,7 кв.м общей площади на человека.

Это не будут инфляционные деньги, поскольку дополнительная эмиссия будет иметь реальное обеспечение накопленным жилищным фондом. Кроме того, значительно уменьшатся бюджетные расходы на содержание жилья. В 1994 г., по имеющимся оценкам, они составляли не менее 15 трлн рублей, выплаченных из региональных и местных бюджетов, что составляло 73% от суммы финансовой помощи федерального бюджета субъектам Федерации и органам местного самоуправления, или 21% дефицита федерального бюджета.

Жилищное строительство также должно осуществляться за счет граждан, а не бюджетных средств. При этом государство должно оказывать реальную помощь целевыми льготными кредитами (на срок до тридцати лет) под строительство жилья. Бесплатное государственное (муниципальное) жилье должен получать лишь ограниченный круг малоимущих, а также служащих, прежде всего армии и милиции, чье проживание на территории связано с временным исполнением служебных обязанностей в данном районе.

Переход на оплату реальных издержек на содержание жилого фонда и отказ от бюджетного финансирования жилищного строительства позволят решать еще один наболевший вопрос – компенсацию вкладов Сберегательного банка. Об этом говорится много, и никуда от этой проблемы, судя по всему, не уйти. На конец 1990 г. объем накопленных вкладов составил 216 млрд рублей, что как раз хватило бы профинансировать жилищную программу в течение трех пятилеток. С учетом этого обстоятельства, накопления граждан не выглядят чем-то страшным и при разумной политике вполне могли бы стать важным элементом серьезной структурной реформы цен и доходов еще в 1992 г., стабилизировав финансовую систему и направив в рациональную сторону весь ход экономических преобразований.

Реальная индексация вкладов Сбербанка в четыре с лишним тысячи раз по вкладам на конец 1990 г. и в две тысячи раз вкладов 1991 г., а индексировать нужно раздельно, так как в 1991 г. инфляция уже перешла в открытую форму, и рост цен составил 2,4 раза, в сложившихся условиях скорее всего вызовет новый скачок цен. Поэтому представляется целесообразным, проведя индексацию вкладов, ограничить сферы приложения этих денег в течение 2 – 3 ближайших лет исключительно оплатой жилищного строительства (через жилищные сертификаты) и оплатой ряда социальных услуг.

Без запуска механизма реальных компенсаций стоимости жилья мы еще долго будем оставаться в тупике дотационности жилого фонда, падения объемов массового жилищного строительства и нарастающей угрозы столкнуться с массовым отказом населения оплачивать дорожающее жилье, что может довольно скоро спровоцировать серьезный социальный кризис в обществе.

Андрей ФИЛАТОВ


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

СУПЕРАДВОКАТ ЗАЩИЩАЕТ “ГЕРОЯ НАШЕГО ВРЕМЕНИ”?
ВРЕМЯ СОВЕРШЕНСТВА?
НОВАЯ ГЕРОИНЯ “БУЛЬВАРА САНСЕТ”
ПРАВИТЕЛЬСТВЕННАЯ ДРАМА. РАЗВЯЗКА В ДЕКАБРЕ.
СЛОМАННЫЕ “КРЫЛЬЯ” “НАУТИЛУСА ПОМПИЛИУСА”
ДЕКАБРЬСКАЯ “ВИДИМОСТЬ ЗВУКА” В БЕРЛИНЕ
АЛЕКСАНДРОВСКИЙ ВЫЗОВ РОССИИ ЧААДАЕВСКОМУ ПРОРОЧЕСТВУ: ПРАВА И СВОБОДЫ ЧЕЛОВЕКА
ЕСЛИ ВСЕ В ОППОЗИЦИИ, ТО КОМУ ЖЕ ПРАВИТЬ?
СКОЛЬКО СТОИТ ОДНА ПЕСНЯ ЗВЕЗДЫ
ПОЗВОЛЬТЕ СЕБЕ РОСКОШЬ
ФЕДОР ШАЛЯПИН НА ДОПРОСЕ
НЕНАСЫТНЫЙ ПАВАРОТТИ
КТО ВЫДУМАЛ ПОБЕДУ СОЦИАЛИЗМА
РОССИЯ МОЖЕТ И ДОЛЖНА СКАЗАТЬ НЕТ ДОМИНИРОВАНИЮ НАТО НА БАЛКАНАХ
ОСЕННИЕ МЮЗИКЛЫ БРОДВЕЯ
“ОСКАР” С ПЕДАЛЯМИ
ВСЕРОССИЙСКИЙ КОНКУРС КАМЕРНЫХ АНСАМБЛЕЙ ПРОЙДЕТ В ДЕКАБРЕ
“ПОМИНКИ” ПО ВАУЧЕРНОЙ ПРИВАТИЗАЦИИ
“СОЛИСТЫ МОСКВЫ” В НОВОМ СЕЗОНЕ НАМЕРЕНЫ ОПРАВДЫВАТЬ СВОЕ НАЗВАНИЕ
БОГ БЕЗРАБОТНОГО – МАЛЫЙ БИЗНЕС?
МУЗЫКАЛЬНЫЕ ИТОГИ ВРУЧЕНИЯ НАГРАД EMMY
ТЕРАПЕВТИЧЕСКИЙ ЭФФЕКТ МУЗЫКИ БАХА ОТКРЫТ В БАРАХ США
Введение в СМИ цензуры
“ПАКТ О ПЕРЕМИРИИ”: ЧТО ЗА НИМ?
У МАДОННЫ ОПЯТЬ НЕПРИЯТНОСТИ
Известно, что явление, человек и даже предмет выглядят по-разному…
МАДОННА ЗАЩИЩАЕТ РЭП-КУЛЬТУРУ
ОФИЦИАЛЬНОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ АНСАМБЛЯ МОТОЛОГИЧЕСКОЙ МУЗЫКИ “ТАЙМ АУТ”
КАК ПРОДАТЬ, ЧТОБЫ ДЕНЬГИ ВЗЯТЬ
ПРОРОК В “МОЕМ ОТЕЧЕСТВЕ” АССЕКРИТОВ
РОСТРОПОВИЧ ЗАВЕРШИЛ ГЛОБАЛЬНЫЙ ТРУД


««« »»»