ВТОРАЯ ПОБЕДА ПОБЕДИТЕЛЕЙ

Вчерашний последний выпуск “Вестей” Светлана Сорокина закончила словами: “Завтра именитые гости разъедутся, и мы снова останемся один на один со своей Россией”. Сказано красиво. Но, на мой взгляд, исходная мысль не верна. Не сможем мы, к счастью, после всего, что произошло 8 и 9 мая, уже вернуться к доюбилейной России. Эпохе ерничанья, надругательства над подвигом, над нормальными человеческими чувствами и ценностями, пришел конец.

Главным действием юбилея были не шествие ветеранов на Красной площади, не военный парад на Кутузовском проспекте и тем более не приезд Билла Клинтона в Москву.

Главным действием этих юбилейных дней было возвращение на экраны телевизоров, на страницы центральных газет нашего народа с его духовным лицом, с его правдой, с его победами. Впервые за последние годы на экраны наших телевизоров вернулась наша история, наши герои, наши фильмы, тот строй эмоций, духовных ценностей, в котором сформировалось, по крайней мере, две трети ныне живущих россиян. Благодаря празднику победы восстановилась связь времен. Благодаря празднику победы была восстановлена справедливость. Впервые новое поколение, вошедшее в жизнь в годы разлома, поклонилось подвигу своих дедов и отцов, осознало величие их победы.

Возможно, американцы и англичане в эти дни могли обойтись без слова “победа”. Это их право, их выбор. Но не стоит укорять наших ветеранов, не стоит укорять наш народ, что он праздновал “не окончание войны”, как наши союзники, а день победы над фашистской Германией. Мы имеем право говорить о победе, ибо мы заплатили за нее страшную цену. Наши ветераны имеют право гордиться своей победой, ибо их поколение, их сверстники сыграли решающую роль в освобождении Европы от фашистской чумы.

И еще одно, не менее важное обстоятельство, о котором мы не имеем право забывать. В отличие от американцев и англичан, у нас, у русских, победа над фашистской Германией в 1945 г. была единственной, непререкаемой, абсолютной моральной победой в ХХ веке. Она была на всех и она была для всех – для “белых” и “красных”, для западников и славянофилов. Она спасла народы нашей страны не только от физического уничтожения, но и от окончательного духовного разлада.

Ничто так не угрожало духовному здоровью русского народа, как дегероизация Великой Отечественной войны, как бесконечные попытки подменить поиски окопной правды о войне развенчанием подвига, развенчанием тех, кто в минуты роковые оказался верным ратному подвигу. И, к счастью, благодаря празднику победы эта эпоха дегероизации закончилась. Мужество было названо мужеством, героизм – героизмом. И этот перелом был второй очень важной победой наших ветеранов.

Впервые за четыре года те, кого в 1993 г. “демократы” окрестили “красно-коричневыми”, и прежде всего ветераны, старшее поколение получили право рассказать, чем они жили, во что верили, как защищали Родину, как умирали тогда молодыми и как готовятся к смерти стариками покинутые, ненужные, забытые.

Только сейчас, спустя пятьдесят лет, и в этом парадокс, победа над фашистской Германией послужила в России укреплению демократии, терпимости, уважению к чужой правде, уважению к старости. Многие молодые, которые выросли в эпоху вседозволенности, впервые осознали, что есть в мире нечто святое, что не может быть забыто, не может быть осмеяно, что есть предел разоблачению прошлого. Российское общество за эти праздничные, юбилейные дни стало другим? Нет. Конечно, рассчитывать на немедленное снижение количества заказных убийств не приходится. От нынешней дикости и моральной распущенности мы будем избавляться десятилетиями. Но, наверное, теперь мало кто из молодых рискнет оскорбить старика с юбилейной медалью на груди, рискнет надругаться над памятником погибшим.

Впервые за последние три года ветераны получили право с гордостью носить на груди боевые награды, не стыдиться своей победы, своей старости и даже своей вынужденной бедности. Общество отдало им дань уважения, сказало заслуженные слова благодарности.

Мне могут возразить, что справедливость, восторжествовавшая в дни юбилея победы, достигнута дорогой ценой. Победа, за которую была заплачена страшная цена, жизни двадцати шести миллионов, была по сути приватизирована Ельциным. И действительно во всем, что происходило в эти юбилейные дни в Москве, было много сюрреалистичного.

Главную роль на параде по случаю победы СССР над фашистской Германией играл человек, по инициативе и при активном участии которого с лица земли исчезла страна-победительница, исчез СССР. Политики, которые пришли к власти под знаменем антикоммунизма, снова гурьбой собираются в Мавзолее и топчутся на могиле главного большевика. При этом от стыда и неуверенности завесили зеленой чалмой слово Ленин. Несомненно, что-то унизительное и оскорбительное было в одинаковых сиротских костюмах мышиного цвета маршировавших по Красной площади ветеранов. Только очень циничный человек мог так нагло надсмеяться над старостью и бедностью ветеранов.

Праздник победы в посткоммунистической, ельциновской России мог быть организован только по-ельциновски, без вкуса, с помпой, с унижением тех, кто пришел к нему на поклон, согласился играть его игру. И эти священные дни не обошлись без ельциновского дешевого популизма, раздачи напоказ очередной “халявы” за счет нищего народа.

Но. Было бы ветеранам, участникам Великой Отечественной войны легче, если бы и на этот раз их победу предали забвению, если бы и в этом году их лишили слова, лишили памяти о войне?

Думаю, что нет. Все же худшего зла – забвения великой победы – мы в эти дни избежали. И это важная моральная победа. Ничто так не мучало в последние годы поколение победителей, как наша мазохистская мода на разоблачение их подвига, как нарочитое осквернение памяти тех, кто умирал, защищая Родину. И для этих людей неважно, что именно по команде нелюбимого, а иногда и ненавистного им Ельцина, заставили наши средства массовой информации вспомнить о тех, кто остался на полях сражений, вспомнить об их молодости, их радостях, о том, чем они жили, во что верили.

Не думаю, что для страны, для нашей национальной памяти было лучше, если бы все ветераны пошли за Сажи Умалатовой и Геннадием Зюгановым, если бы торжественные юбилейные мероприятия были сорваны. Сейчас более важно, что военный парад состоялся, что у многих проснулось уважение к армии, проснулось ощущение связи времен, сопричастности к подвигам своего народа.

Мы живем в такой ситуации, когда моральный максимализм куда более разрушителен и деструктивен, чем тактика компромисса. В конце концов, Ельцин пришел к власти во многом благодаря тем, кто стоял на трибуне альтернативного шествия, кто поддержал бездарное и столь же сюрреалистическое ГКЧП. Все мы мазаны сюрреализмом советской системы и советского мышления.

Но есть вещи святые, не зависящие от системы и идеологии, есть подвиг жертвы во имя спасения Родины, во имя спасения национального достоинства. И если на этот раз, по-моему, в первый за последние четыре года, интересы народа совпали с политическими интересами Ельцина, то в этом нет ничего худого. Народ, поколение победителей вернули себе праздник великой победы. А Ельцин прислонился к этому празднику и к великой победе в надежде хоть чуть укрепить духовные основания своего режима. И каждый заплатил свою цену за этот компромисс. И, честно говоря, Ельцин за этот компромисс платит больше, чем заплатили ветераны, принимавшие участие в ельциновских торжествах.

Политик, который еще в 1992 г. хвастал тем, что он разрушил “советскую империю”, вынужден был признать, что боевое братство народов СССР было реальностью, что советская Россия оставалась Россией, государством, способным к великим победам и великим подвигам. Реабилитация СССР как государства по сути является реабилитацией исторической России, многовекового сотрудничества народов нашей страны, той страны, которую мы сами потеряли.

Ельцин уже не ищет корни своей власти в трагедии и безумии августа 1991 г., в августовской, антигосударственной революции Глеба Якунина. Ельцин самой логикой власти и логикой событий был вынужден встать на рельсы национальной истории и национальной памяти, реабилитировать как российский, так и советский героизм. Теперь уже у него, к счастью, нет дороги назад. Великая победа народов СССР подтолкнула не только к национальному согласию внутри Российской Федерации, но и к признанию все еще сохраняющегося морального единства народов СССР, морального единства, скрепленного кровью павших. Сейчас после увиденного и пережитого в дни юбилея победы вряд ли кто рискнет, как в свое время это делали Гайдар и Борис Федоров, жертвовать, к примеру, кровным единством белорусов и великороссов во имя сокращения инфляции на один процент в месяц.

К счастью, технологизм и национальный нигилизм эпохи радикальных демократов уходит в прошлое. Не случайно в дни празднования юбилея победы все они выпали в осадок. Постепенно мы учимся соединять уважение к свободе с уважением к своей национальной истории и национальной памяти. И это дает основание надеяться, что самое страшное уже осталось в прошлом. Благодаря юбилею великой победы произошел уже необратимый сдвиг в нашем сознании, мы начинаем находить духовные опоры для своей веры в будущее.

Александр ЦИПКО


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ЗАЛОЖНИЦА ПОЛИТИКИ
ПОПЫТКИ СОЗДАТЬ ЦЕНТРИСТСКИЙ БЛОК ПРИ ОТСУТСТВИИ ЦЕНТРА
Как вы оцениваете роль православной церкви в политической жизни современной России?
ПРЕСный ШАХРАЙ
В канун праздника Победы Президент встретился с ветеранами войны
Сводка-16
УЧЕНИЕ С.Н.БУЛГАКОВА ОБ ОБЩЕСТВЕННОМ ИДЕАЛЕ


««« »»»