Человек банальных истин

Кирсан Илюмжинов не собирался становиться ни миллиардером, ни президентом. Но стал и тем, и другим. Можно сказать, что все дело в обстоятельствах. Но ведь обстоятельства играют лишь тогда какую-нибудь роль, когда человек может их использовать. Кирсан держится в любых обстоятельствах очень спокойно и дружелюбен даже к тем, кто, пользуясь его расположением, фактически его недруг. Кирсан не честолюбив. Это его достоинство или недостаток. По нынешним временам скорее второе. У современных политиков необузданное честолюбие и тщеславие являются основным двигателем, главным побудителем их поступков. Зачем миллиардеру, делавшему бизнес по всей России, становиться президентом маленькой республики, по масштабу равной району Москвы? Ведь это резко сужает поле его деятельности. Президенту, официальному лицу не дозволено многое из того, что можно крупному предпринимателю. “Ловкий ход. Калмыкия для него лишь плацдарм для прыжка в Москву. Метит, метит этот “друг степей” попасть в Кремль”, – скажет скептик. На это можно возразить, что для прожектов попадания в Кремль в нынешней ситуации удобнее всего тереться возле кремлевского политического Олимпа, а не запирать себя в глухой провинции, где приходится заниматься конкретными хозяйственными делами, а не плести дворцовые интриги или нести высокопарную чушь с парламентских трибун. Кстати сказать, по современным критериям политической жизни у Кирсана есть крупный недостаток – отсутствие громогласного ораторского голоса. Он привык говорить тихо и спокойно. Это для того, чтобы его собеседники или слушатели могли просто понять, о чем он говорит и что имеет в виду.

Вещь, согласитесь, абсолютно неважная в эпоху, когда главное – не смысл слов, а тот пафос, с которым они произносятся. Можно нести любой бред, главное, чтоб громко и со значением. Деловой стиль поведения Кирсана сейчас явно не в моде. Пока. Но за такими политиками будущее. Не могут же в России бесконечно править трепачи.

Кирсан абсолютно неконфликтный человек. Его человеческий инстинкт самосохранения постоянно побуждает его искать компромиссы в трудных ситуациях со своими, казалось бы, непримиримыми противниками. Он придерживается простой житейской истины: даже худой мир лучше доброй ссоры, пусть хоть на какое-то время. Но потом нужно сделать все, чтобы мир из худого сделался прочным и устойчивым.

В своей республике он совершенно мирно и бесконфликтно сделал то, что на федеральном уровне вылилось в кровавое побоище: в первые же дни своего президентства он распустил Верховный Совет. Бесконфликтным это шаг стал потому, что и населению, и депутатам было ясно, что делается это не для установления какой-то диктатуры президента, удовлетворения его личных амбиций, а для блага республики, упрощения и придания большей эффективности структуре управления Калмыкии. Это спокойно своим тихим голосом объяснил жителям республики и депутатам первый президент.

Кирсан Илюмжинов хочет сделать свою республику процветающей. В этом его цель. И он ищет средства для достижения этой цели. Одним из таких средств и явилось создание небольшого по численности парламента, работающего вместо многолюдного Верховного Совета. Он не проводит в своей республике реформы ради реформ, приватизацию во имя приватизации. У него много конкретных проектов в области экономики и социальной сферы, которые он хочет воплотить в жизнь. И для этого ему не нужно “правительство реформ”, состоящее частью из старых кабинетных ученых, хорошо знающих по заданным учебникам западную экономику и не знающих собственную. Он подбирает людей с конкретными деловыми качествами и опытом для выполнения конкретных задач. Он обещал своим избирателям, что средняя зарплата в республике будет равна 100 долларам. Этому можно верить или не верить, но ведь это конкретная цель, это совсем не похоже на философию кремлевских реформаторов: надо отпустить цены, раздать неважно в чьи, может быть, даже в криминальные руки собственность, а потом посмотреть, что из этого получится: кто выплывет, тот выплывет, ну а кто потонет (а это, судя по всему, чуть ли не половина населения страны), ну что ж, такова неизбежная цена реформ. Интересно, ради кого эти реформы проводятся.

Для Кирсана важнее всего люди с их заботами и житейскими проблемами. Решению этих конкретных вещей и должна быть посвящена деятельность президента. Банально? Да, конечно, да.

Но почему-то именно банальные истины даются с самым большим трудом в эпоху высокопарного философствования о благе человечества вообще и полного наплевательства на насущные заботы конкретных людей.

Если одним из промежуточных результатов реформ явилась артиллерийская канонада в центре Москвы, значит, в этих реформах что-то не так. Это тоже может быть банально, но кто обратил внимание на эту банальность, кто из правящих кругов победившей демократии сделал хоть какие-то выводы? Никто.

Впереди дальнейшее победное шествие реформ. К новым перестрелкам?

Все то тревожное время Кирсан провел в Москве. Являясь по сути дела представителем региональных руководителей, он постоянно контактировал и с той, и с другой противоборствующими сторонами. Твердолобое упрямство одних не уступало тупому упорству других.

Кирсан опять выступил носителем банальной истины: люди устали от двухлетнего противоборства законодательной и исполнительной ветвей власти, которое может сейчас вылиться в гражданскую войну, и поэтому обеим этим ветвям надо, заключив перемирие, пойти на одновременное переизбрание. Это было бы самое разумное решение в острейшей политической ситуации, вывело бы страну из тревожного состояния. Банальная истина снова не сработала.

Время для политики компромисса тогда явно еще не настало. Ни та, ни другая сторона не прислушались к доводам представителей региональных элит. В ответ на штурм Останкина и московской мэрии, руководимый из Белого дома, президент взял здание парламента в кольцо и подогнал к нему танки. Уже звучали первые выстрелы и рвались взрывы на белом фасаде огромного здания, в котором находилось много не причастных к политическим разборкам людей, в том числе женщин, когда Кирсан и другие региональные лидеры отчаянно пытались остановить кровопролитие. Ценой огромных усилий удалось временно прекратить обстрел Белого дома для переговоров с защитниками Верховного Совета. Делегацию, которая должна была, пройдя зону снайперского обстрела, войти в здание парламента, возглавил Кирсан. Когда эта делегация начала свой путь к Белому дому, в ней было несколько десятков людей. Пройдя многочисленные опасные участки, она вошла в парламентский холл в составе двух человек – генерала Руслана Аушева и Кирсана Илюмжинова. Разумеется, договориться с взвинченным (кроющим всех матом) Руцким не смогли, но удалось вывести из здания нескольких женщин.

Октябрьское противостояние окончилось убедительной победой светлых сил демократии и реформ над мрачными силами коммунизма и тоталитаризма. Убойной силы у светлых сил оказалось больше.

Кирсан с тех пор окончательно стал для кремлевского истеблишмента, скажем так, непонятным политиком. В наше время не понимают друзей. В наше время понимают врагов, какового из Кирсана многие московские средства массовой информации и пытаются сейчас сделать.

На него уже напяливают клеймо тайного агента непримиримой оппозиции.

Но все-таки верится, что наступит время Кирсана, время политиков с тихими голосами, для которых важно не как, а что говоришь ты людям. Время банальных истин.

Надежда ГОРЧАКОВА.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Пенсионным фондам нужны правила игры
СВОДКА
Насколько целесообразно делать государственное телевидение частным?
Когда усталые подлодки…
Я боюсь…
Хан перестройки
Чеченский след в Америке
Соглашение с МВФ не отвечает интересам России
О бюджете-95
В поисках хозяина


««« »»»