Такая разная А.Б.П.

Рубрики: [Музыка]  

Более тридцати лет о ней ходит такое количество слухов и небылиц, что поклонники певицы теряются в догадках: где правда, а где вымысел. То, что Алла ПУГАЧЕВА сама придумывает байки о себе, умело их режиссирует и запускает в подконтрольные ей СМИ, никогда не вызывало сомнений. Но на то она и незаурядная творческая личность. От эпитета “великая” воздержусь, но то, что одной из последних народных артисток СССР таланта не занимать, так это факт неоспоримый.

В общем-то она и не собиралась быть певицей, а хотела стать драматической актрисой. В школе юная Алла Пугачева была активной участницей драматического кружка и делала первые робкие шаги на сцене. Стремление петь появилось позднее, когда она пришла в Музыкальное училище имени Ипполитова-Иванова на дирижерско-хоровой факультет. Училище было рядом с домом, и Алла оставалась там по вечерам, запираясь в классе, пробовала петь песни, которые сама для себя писала. На эстраду ее вывел случай. Было это в 1965 году.

К признанию и успеху Пугачева шла долго. О ней заговорили специалисты только, когда она получила третью премию на V Всероссийском конкурсе эстрады. Но миллионная совесткая аудитория узнала и полюбила певицу год спустя, когда на Международном конкурсе эстрадной песни “Золотой Орфей” она стала обладательницей Гран-при. Тем летом по всей стране из открытых окон звучала песня “Арлекино”. Довольно слюнявое сочинение болгарского автора Эмила Димитрова Пугачева превратила в трагическое повествование о судьбе маленького человека. Чаплинские мотивы, которые явственно читались в миниатюрном, не побоюсь этого слова, песенном шедевре Пугачевой, сделали артистку знаменитой. В то время я, как и многие в нашей стране, обожал певицу. Все, что она исполняла в то время, я считал гениальным. Тогда почитатели эстрады боготворили трех исполнителей: Аллу Пугачеву, Софию Ротару и Валерия Леонтьева. Их грандиозный успех начался в Болгарии, но Пугачева, как говорится, шла “на ноздрю” впереди.

Когда я поступил на театроведческий факультет ГИТИСа, смог наблюдать за многими моими кумирами вблизи. В конце 70-х годов прошлого столетия студентами нашего института стали выдающиеся мастера балета и самые известные артисты эстрады. Сегодня понимаю, что пришли они в ГИТИС не за знаниями, а за дипломом, который являлся пропуском к самостоятельным проектам, а значит, давал возможность вполне законно получать больше денег. Если на балетмейстерском факультете все студенты – Александр Богатырев, Владимир Васильев, Элеонора Власова, Вячеслав Гордеев, Валерий Ковтун, Михаил Лавровский, Марис Лиепа, Екатерина Максимова, Людмила Семеняка были мировыми звездами, то на факультете режиссуры эстрады и массовых представлений публика была попроще, но все равно довольно ивзестные личности: Амаяк Акопян, Сергей Дитятев, Анатолий Елизаров, Елена Камбурова, Раиса Мухаметшина, Катя Суржикова, Екатерина Шаврина, Ефим Шифрин. И все же звездой номер один и самой яркой личностью среди студентов-заочников, бесспорно, была Алла Пугачева. Мы, ставшие студентами ГИТИСа в семнадцать лет, смотрели на “звездную” публику отнюдь не разинув рот. Что греха таить, считали их недостаточно образованными людьми. Скорее всего, таковыми они и были, но за плечами этих артистов ярко высвечивалась их профессия и место, которое они занимали на эстрадном Олимпе.

В период сдачи экзаменов во время сесссий у меня была возможность разглядеть Пугачеву поближе, посмотреть некоторые студенческие работы будущей народной артистки СССР. Внешне она старалась не выделяться среди своих сокурсников. Помню ее скромный (?!) джинсовый брючный костюм, некую отрешенность и неизменную сигарету “Мальборо”. Алла никоим образом не старалась привлекать к себе внимания и полностью приняла условия игры: “На пять лет в этих стенах я не звезда, а просто студентка театрального института, как и все”. К слову, студентка Пугачева никогда не отказывалась от шефских концертов по линии ГИТИСа. Но скорее всего, делала это в меру необходимости: “общественная” работа учитывалась при выставлении оценок и по другим предметам.

До сих пор мне памятен юбилейный фестиваль ГИТИСа 1979 года – тогда отмечалось столетие института. Лучшие сцены Москвы были отданы студентам сегодняшней Российской Академии театрального искусства. Факультет режиссуры эстрады и отделение бального танца Аллы Шульгиной отчитывались перед москвичами в Большом зале Политехнического музея. Зрители брали здание штурмом. Тогда я второй раз в жизни увидел конную милицию, обеспечивающую порядок при входе на концерт (первый раз – когда в нашу страну приезжал Сальваторе Адамо). В тот вечер Сережа Дитятев, который вел концерт, очень точно пошутил со сцены: “Перед тем, как я объявлю певицу, закрывающую нашу встречу (а это была Алла Пугачева. – Прим. ред.), хочу сказать. Как вы знаете, наш фестиваль называется “ГИТИС – вчера, сегодня, завтра”. Но смею заметить, что у Политехнического музея вполне могло бы остаться только “Вчера, сегодня…”, а “завтра” могло бы не случиться вовсе: не будь милиции, здание просто разнесли бы по камешку…”.

Да, в те годы такое случалось во многих городах СССР. И не только в Союзе, но и в социалистических странах. Запад отнесся к советской звезде как-то настороженно. Единственный концерт в парижской “Олимпии” не стал триумфальным. Говорю об этом не со злорадством, а с глубоким сожалением. Западная публика, к счастью, до сих пор в восторге от русского балета, оперы, театра, уж не говорю о классической музыке и литературе. Российская же эстрада, по их мнению, неполноценный продукт. Хотя у нас есть не менее талантливые исполнители, чем в той же Франции или Италии. Но знают их недостаточно хорошо и в самой России. Почему? Да потому, что кто-то определил для СМИ, о ком можно писать, кого можно “крутить” день и ночь по ТВ, а для кого существует табу и как объяснение этого: “Ваша песня – не формат”. Сдается мне, что и юбилярша, постепенно набравшая силу и ставшая “нашим всем”, приложила к этому руку. Мне могут возразить, что Пугачева помогает молодым. Соглашусь с этим лишь отчасти. Она помогает только тем, кто не составит конкуренцию ей и далеко не бездарной, но не выдающейся певице Кристине Орбакайте. Грустно, что madame не понимает одного: в искусстве семейственность ни к чему хорошему не приводит.

Когда я был ведущим хит-парада “Музыкальный марафон” в газете “Вечерняя Москва”, на финальных концертах в СК “Олимпийский” побывали все самые популярные звезды эстрады. Я долго не решался пригласить Пугачеву, опасаясь отказа. А потом мои концерты шли сразу же после ее “Рождественских встреч”. Но когда нашу программу читатели признали лучшей, Примадонне было сделано официальное приглашение. Алла Борисовна приняла его и появилась на сцене в потрясающе красивом черно-золотом платье. Такой роскошной я еще ее не видел. От волнения даже запамятовал, какой приз вручаю певице и некоторое время нес какую-то ахинею. И только бодрый и чуть насмешливый шепот Аллы Борисовны: “За что приз-то даешь?..” привел меня в чувство. Это все осталось в телетрансляции.

Не буду говорить о многочисленных браках и любовных увлечениях певицы. Это личное дело каждого человека. Что я думаю о сегодняшней Пугачевой? Она все еще в прекрасной форме. Чему я рад. Ничего советовать певице не имею права. Могу лишь пожелать здоровья, которое ей, как и любому человеку, крайне необходимо. А еще у меня есть надежда, что через десять лет, отмечая 70-летие со дня рождения, она устроит концерт не в Кремлевском Дворце, не в ГЦКЗ “Россия”, а в Колонном зале Дома Союзов и споет под “живой” оркестр, как это сделала на свой юбилей неповторимая Клавдия Ивановна Шульженко. Возможно, тогда я с полным основанием смогу назвать Аллу Пугачеву великой эстрадной певицей.

Владимир ВАХРАМОВ.


Владимир Вахрамов


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

Мальчик с дедушкой дружил
“Ника” продолжает полет
Люди & Вещи
Вадим Степанцов: «Великое и смешное»


««« »»»