МЫ КРИТИКУЕМ ВСЕХ, НО ТОЛЬКО ЗА ИХ ОШИБКИ

Сейчас появилось очень много изданий (и мы отчасти относимся к этому типу) построенных по принципу “в каждой шутке есть доля истины”, где это проявляется по-своему, и не потому, что мизерна доля истины, просто слишком много шутки. Для смутного времени, в котором мы живем, карнавальное начало – одно из самых сильных, и оно важно как начало оздоравливающее. Но мне бы хотелось видеть “Независимую газету” все же серьезным изданием. Шутка у нас должна присутствовать, но лишь как самоирония, чтобы не преуменьшать своего места в истории, но и не преувеличивать его, не превращаться в имперскую газету. Кстати, все наши газеты в том или ином смысле имперские. Нам же хотелось этого избежать.
Говорить о нашей независимости мне уже надоело, потому что это похоже на спор, в котором спорящие прекрасно понимают, в чем разница между зависимой и независимой прессой, но делают вид, что не знают этого. Можно заглянуть в наши финансовые документы (которые мы никому просто так, разумеется, показывать не будем) и убедиться, что ни о какой зависимости ни от кого речи быть не может.
Так вот, доля шутки должна быть в газете, которая претендует на то, чтобы владеть умами какой-то части граждан этой страны, но быть не чрезмерной. А доля истины – значительной. Вот в чем приоритет “НГ”.
Когда я читаю, к примеру, в вашей газете отзыв о празднике “Независимой газеты”, в котором говорится, что Руцкой затребовал 14 мест – 2 себе с женой и 12 для охраны, то я знаю, что это просто ложь. Потому что автор заметки с Руцким не разговаривал, а я разговаривал, и ни о какой охране речь не шла. Тем более, что служба безопасности никакими пригласительными не пользуется и сама прекрасно знает, где и как ей лучше действовать.
Мне не совсем понятно, зачем нужны такие вещи. К сожалению, сейчас новая советская журналистика (а я продолжаю употреблять именно этот термин, потому что он точнее всего отражает характер нашей журналистики) такова, что шутейное начало валом перехлестывает серьезность и правду.
Мы же хотим быть газетой качественной, стремимся сделать лучшую газету мира на русском языке. Следовательно, она должна быть лучшей в СНГ, России, на всей территории бывшего Советского Союза. В связи с этим мы выработали для себя ряд запретов, которые позволяют удержать себя в рамках этой качественной газеты.
В свое время в наших публикациях был запрещен оголтелый антикоммунизм, на чем многие издания резко пошли в гору, а затем так же быстро скатились вниз, потому что не заметили – клеймить коммунизм уже не актуально. Нам удалось избежать оголтелости, хотя КПСС мы критиковали и, может быть, основательней, чем другие, находя для этого больше поводов.
Запрет на оголтелость относился к критике не только коммунистического движения, но и любых других партий.
Еще был у нас запрет вступать первыми в полемику со старыми, традиционными изданиями, хотя часто и подмывало это делать. Выступали мы лишь в том случае, если искажали нашу позицию. А многих подмывало устраивать спор в том духе, как это принято в советской прессе, причем принято до сих пор – учить других жить. Я всегда говорил журналистам “НГ” – не учите других, как надо писать, просто сами так пишите для своей газеты.
Мы для себя внутренней целью ставили – соединить смелость неформальной прессы с высоким профессионализмом, чтобы не превратиться в стенгазету. Многие издания, появившиеся в одно время с нами, потому и умерли, что не смогли подняться выше уровня стенгазеты – смелость сохранили, а профессионализма не приобрели. Но нет стенгазеты, которая может существовать пять-десять лет. Мы хотим, чтобы “Независимая газета” жила ближайшие сто лет, как минимум.
Такие запреты, достаточно формальные, может быть, даже не самые принципиальные, позволили газете иметь свое лицо и в какой-то степени, я надеюсь, до сегодняшнего дня его сохранить.
Многие считают, что мы изменились после путча, когда газета якобы стала антиельцинской. Что газета изменилась, говорил Михаил Горбачев, которого я очень уважаю и благодаря которому – несмотря ни на что – появилась и наша газета, и ваша, и многие другие. И это не единственное его достижение.
Так вот я почувствовал по нескольким разговорам с Горбачевым, что его отношение к “Независимой газете” изменилось, в частности, и после того, как он заметил: до путча мы критиковали его, а после путча стали критиковать демократов, пришедших к власти. В силу каких-то причин и он, и многие другие никак не могут понять, что мы не изменились. Пока Горбачев был у власти и от его действий зависела судьба страны, то основное внимание мы уделяли его ошибкам, тем более, что в последнее время их было больше, чем успехов. А когда Ельцин пришел к власти, естественно, стали больше критиковать Ельцина, опять не потому, что он такой плохой, а в связи с тем, что в его руках реальная власть и от его ошибок зависит судьба страны.
Так вот – мы остались прежними, но стереотип мышления читателей и даже коллег-профессионалов не позволяет им это понять, и они снова и снова начинают поднимать вопрос о нашей независимости. Тем более, что появление нашей газеты, это мнение многих, я с ним согласен, – одно из самых успешных журналистских предприятий. Полтора года назад вместо нас был абсолютный ноль, я лишь имел на руках бумажку с решением Президиума Моссовета об учреждении “Независимой газеты” и о моем назначении главным редактором. Не было ни сотрудников, ни здания, ничего, кроме концепции газеты в голове. А сейчас это газета, которую больше всего цитируют за рубежом, которая пользуется и здесь авторитетом, несмотря на небольшой по нашим понятиям тираж – 200 тысяч экземпляров. Но она охватывает тот круг людей, от которых в той или иной степени зависит принятие решений в стране.
Но вернусь к празднику “НГ” с его знаменитыми устрицами. Мы достигли того, чего хотели, пусть и не в полной мере, а значит, могли позволить себе праздник по поводу нашей победы. А дальше все просто – какова газета, таков и праздник. Поскольку мы критиковали то одних, то других, оказалось, что мы критиковали всех. Значит, кого приглашать? Конечно же – всех тех, кого критиковали, самых видных из них, а это – московская политическая элита. Уникальным является то, что “Независимая газета” собрала в зале аудиторию, которую бы ни одна другая газета просто бы не собрала, потому что они ведут слишком активную борьбу на одном или другом фланге политического спектра, соответственно не могут пригласить к себе в гости тех, с кем борются. А мы боремся со всеми, с ошибками всех – так бы я сказал, поэтому мы с чистой совестью посылаем приглашения всем, кого критикуем, и абсолютное большинство из них приходят. А почему нет, если мы, критикуя их, продолжаем уважать и их, но и себя. При этом всегда стремились быть максимально честными, что, по сути, и является главным нашим принципом.
А устрицы – это просто эпатаж, та шутка, которая делает истину вкусной даже для тех, кому эта истина противна.

Виталий ТРЕТЬЯКОВ,

главный редактор “Независимой газеты”.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

ХИТ-ПАРАД БРАТЬЕВ ВАЙНЕРОВ
“ПЛАКАЛ Я И СМОРКАЛСЯ В КАШНЕ…”
УГОЛОК КОРОТИЧА-10
НИ СЛОВА ОБ УСТРИЦАХ!-2
“ОН ПО ЖИЗНИ ТАКОЙ”
История Красной Шапочки и Серого Волка
НАРОДНЫЙ ХИТ-ПАРАД
ПИСЬМА-10
ДЕДАРИК МАЛЕНЬКОГО КРИСА, или ЗАМЫКАЯ КРУГ
НЕПРИКОСНОВЕННАЯ ДУША ВЛАДИСЛАВА ЛИСТЬЕВА
Взращенные ЦТ
ЛЕНИВАЯ СМЕРТЬ


««« »»»