ИЗЫДИ, ЛЮМПЕН!

Я отдал все. Я нищ и светел.

Бери, бери меня, ветер!

И.Эренбург.

Основы рационального интеллектуального и эмоционального питания предусматривают строгую дозированность поэзии и прозы, страсти и рацио. Сама идея общественного бытия людей, сами устои государственности предполагают некий баланс между льдом и пламенем. Мы, в течение четырех веков существующие вне бытия, пробавляющиеся одним сознанием, брошенные на раскаленную крышу мира, все мы, беззаконные и неприкаянные борцы за светлое будущее человека – декабристы, народники, эсеры, эсдеки, дээсовцы, анархисты – годимся ли мы не то что в зодчие, но даже просто в архитекторы этого самого Будущего? Есть революционеры буржуазные, чья поэзия украшает солидную прозу их недавнего бытия. Джефферсон и Патрик Генри, Вашингтон и Мэдисон были достаточно храбры, чтобы успешно конкурировать с народовольцами и раскольниками. Но они были джентльмены, плантаторы, адвокаты, у них был за спиной Дом, была собственность, которой они рачительно управляли. Поэзия бунта не могла увлечь их в безбрежность, ибо они стояли на якоре жизненной прозы. Американскую революцию делали не люмпены, но вольнодумцы, и это общество не сорвало с корней и не унесло ураганом только потому, что у каждого минитмена, кроме мушкета, была еще и ферма, и участок земли.

Есть задача, как сделать мирного обывателя гражданином и воином, и есть задача, как потом вовремя демобилизовать воинов и не превратить революционные войны в перманентную схватку с самой жизнью.

Джефферсон, Вашингтон и другие отцы-основатели перековали мечи на орала и вернулись в поместья и в залы конгресса. Томас Пейн этого сделать не сумел: Этот Тиль Уленшпигель американской революции пытался заниматься поджигательством дальше, не был понят, французы посадили его в тюрьму, он вечно скитался, впал в нищету и ничтожество и умер в бедности и забвении, осмеянный современниками. Перманентная революция стала его личной трагедией, а если бы он увлек за собой остальных, то процветающих США сейчас вовсе не было бы, они превратились бы в действующий вулкан, ушли бы в Марианскую впадину, провалились бы или вознеслись, но не существовали бы в мире реальности.

Буржуазный революционер способен умереть за идею, но ему все-таки хочется выжить и даже кое-что нажить. Торговля, бизнес, богатство – его самореализация. Такими были гезы Фландрии, таким был Вильгельм Оранский. Отбившись от Испании, отбив у инквизиторов свободу совести, пройдя через ядра, пули, плахи, пытки и костры, Фландрия, охваченная огнем борьбы и протеста, стала мирными и благополучными Голландией и Бельгией. А этот великий пожар, пережитый ими, еще сегодня им обеспечивает большую нравственную чистоту, меньший процент шкурничества, чем у других стран ЕЭС. Они всегда старались помочь нашим оппозиционерам, когда их в очередной раз предавали великие державы.

Тиль Уленшпигель должен был умереть в последний день войны. В мирной жизни ему не было места.

После четырех веков гражданского неповиновения, напрочь вытравивших из нас всякое законопослушание, всякое уважение к ценностям мирной жизни, сможем ли приспособиться к ней мы? Перелистаем историю французской революции. Мы явно не фельяны, даже не жирондисты. Может быть, уже и не якобинцы, которые все-таки принадлежали к небедному и не люмпенскому сословию. Мы – вне сословий и не обладаем ничем, кроме своей мятущейся сущности. Не окажемся ли мы ближе к “бешеному” Жаку Ру и к Гракху Бабефу с его заговором равных, нежели к Сийесу, Лафайету и Кондорсе?

Люмпен не по своей воле, люмпен, жаждущий своего хозяйства и собственности, недовольный своим жребием, тоскующий люмпен – это не опасно. А вот люмпен идейный, люмпен добровольный, саламандра, которая может жить только в огне, – это смертельный риск для упорядоченного общества. Революция – это ядерный взрыв, предельная концентрация излучения, смертельный ветер. Наш корабль лишен руля, ветрил, компаса, корпуса, трюма и якорей. Он состоит из одних парусов и флибустьерского флага. Совесть – это парус, но совесть несовместима с выживанием рода. Наша совесть в XIX веке заставляла нас поднимать пистолет и бросать бомбы в кареты правителей, в XVII веке она раздувала огонь в наших скитах, в XX веке она же бросила нас на рифы самой странной и самой чарующей утопии, которую знавало человечество.

Сейчас, чтобы вырваться из нашего советского болота, мы снимаем предохранители, мы развязываем узы бездны, и из колодца веков к нам поднимаются испарения такой экзистенции, которую потом, возможно, не удержат уже никакие тормоза. Стихия идейного люмпена – беспредел. Мы четыре века не жили, но боролись. Слишком много совести, слишком много ветра…

Я пока еще сохраняю двойное сознание, сознание дневное и сознание ночное. По природе я буржуазный революционер, но 23 года застенков и борьбы сделали из меня идейного люмпена. Нельзя жить в смертельной ненависти: человек пропитывается собственным ядом.

Я еще могу служить вам переводчиком, быть связующим звеном между миром люмпенов и миром упорядоченным и обжитым… И я, как двойной агент, честно предупреждаю вас: удержитесь, уцепитесь корнями за жизнь, не возноситесь в страшный мир беспредельной Свободы, где рвутся хрупкие нити человеческих законов, где меняется естество. Пусть борьба и битва будут для вас горестной необходимостью, а не естественной средой обитания. И берегитесь нас, степных волков. Мы должны пасть, не дожив до свободы, чтобы вы потом в ней смогли обустроить человеческую жизнь. А если кто не понимает, что несет в себе СПИД беспредела, перед которым бессильно человечество, от которого нет лекарств, то его, наверное, надо будет утопить в первый день свободы.

Я так же честно заклинаю товарищей по несчастью, тех, кто уже способен наслаждаться “войной всех против всех”: пожалейте людей, завоюйте для них свободу и умрите с последними залпами.

Я говорю – да здравствует история! –

И головою падаю под трактор.

П.Коган.

Валерия НОВОДВОРСКАЯ


Валерия Новодворская


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

МАНЬЯКА НАДЕЖДА НА МЭРА
ПОЛНОЕ СПОКОЙСТВИЕ
АЗАНОВ ИСПЕЧЕТ ТОРТ ДЛЯ ЕЛЬЦИНА
ОРЛЫ В НЕВОЛЕ НЕ ЖИВУТ
ШИРЕ РЕКЛАМИРУЙ СВОЮ БЕЗДАРНОСТЬ
РАБОЧИЕ ЧЕСТНЕЕ ПОЛИТИКОВ И УЧЕНЫХ
С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, В.В.!
ФИРМА “ЭКСПР” ПРОДОЛЖАЕТ ТЕРРОР
ПРОДЛИТСЯ ЛИ ЭКСПЕРИМЕНТ?
В КОЛОМЕНСКОМ БЛЕВАЛИ КУЛИЧАМИ
“БЕЛЫЕ НОЧИ” ВСЕ БЛИЖЕ
ДА, ЗДРАВСТВУЕТ ЦЕНЗУРА!
СТРАННО ЭТО…
ДОГНАТЬ И ПЕРЕГНАТЬ
БЕГУЩИЙ МАВЗОЛЕЙ
БОРОВОМУ – ДА НЕ ЗНАТЬ?
МУМИЯ ЛЕНИНА: ТАЙНАЯ СИЛА КОММУНИЗМА


««« »»»