ЦЕННЫЕ ПРИЗНАНИЯ ГАВРИИЛА ПОПОВА

Догадал меня черт с душой и талантом родиться в России!..

А.С.Пушкин

2 февраля газета “Известия” напечатала статью Гавриила Попова “Тайна треугольника: Моссовет – Белый дом – Кремль” с замечательным подзаголовком “Предательство, которого не было”.

В этой, как всегда у Попова, ярко, блестяще написанной статье речь идет о том, как накануне (за месяц? два? три?) августовского путча Буш предупредил Горбачева, что против него готовится заговор. Но откуда получил информацию Буш? Из ЦРУ?

Нет, пишет Попов. “В западной печати сообщения на эту тему были более определенные. В частности, утверждалось, что в июне 1991 года мэр г. Москвы, т.е. я сообщил президенту Бушу о предстоящем 17 июня 1991 года перевороте. А Буш в свою очередь позвонил Горбачеву, и тот предотвратил путч”. В июне предотвратил, а вот в августе не то Буш не дозвонился Горбачеву, не то Попов не дозвонился Бушу – в общем, в августе путч предотвратить не удалось.

12 июня 1991 года Ельцин был избран президентом России, а Попов – мэром Москвы. Это означало, что предстоит последний бой со старой номенклатурой Центра, возглавляемой Горбачевым, Лукьяновым, премьером Павловым. Сразу после своего избрания Ельцин уехал в США, в Москве “на хозяйстве” остался Попов. Тем временем была созвана сессия ВС СССР, на которой Павлов (и уже не в первый раз!) потребовал каких-то “чрезвычайных полномочий”. (К слову сказать, к тому времени вся эта затея с “полномочиями” напоминала не столько “путч”, сколько фарс. Армения и Азербайджан воевали друг с другом, Украина кипела, в России власть принадлежала оппозиции, Прибалтика вообще полностью игнорировала Москву… От империи остались рожки да ножки да дополнительные полномочия Горбачева, а Павлов в этот момент испрашивал у ВС еще и “чрезвычайных полномочий”. Конечно, ВС, к тому времени никого и ничего не представлявший, мог бы дать Павлову искомые “полномочия”, да вот только чего стоили “полномочия” самого ВС? В общем, детский крик о “полномочиях” больше всего походил на политическую истерику, истерику людей, которые понимают, что надо “что-то делать”, но никак не могут понять, что же именно).

Впрочем, это со стороны было видно. А у Попова, варившегося в этом котле и не имевшего времени даже высунуться из него, могло сложиться впечатление, что и впрямь готовится что-то ужасное против недавно избранной демократической власти, против него. Тем более, как он пишет, кроме общей информации с сессии ВС, он получил от одного своего высокопоставленного знакомого “исключительно тревожное сообщение”: “Оказывается, после получения дополнительных полномочий будет сделана попытка (возможно, после какой-то предварительной провокации с целью иметь убедительный повод) на основании этих полномочий ввести чрезвычайное положение. Со всеми следствиями в части перехода власти на местах к военным” (непонятно только, почему же “на местах” – в Центре разве дело обстояло бы иначе?).

Итак, основания тревожиться у Попова были. И вот здесь-то и начинается самое интересное.

“Что же делать? Позвонить Горбачеву? Бессмысленно. Это его люди действуют”. “Я мучительно думал. Митинг я отверг, обращение к москвичам тоже” (так как это, мол, может как раз спровоцировать введение чрезвычайного положения). В общем, вывод Попова один: чрезвычайное положение рассчитывают ввести, пока Ельцин в Америке – значит, надо “как можно скорее добиться досрочного приезда Ельцина. Желательно – внезапного”. Дальше встает техническая задача – как связаться с Ельциным? “Позвонить ему? Все будет подслушано. Послать кого-то в США? Но выезд в США… тоже время… не менее двух суток. Оставалось одно: использовать посольство США”.

Такова цепь рассуждений Попова.

Увы, даже самое благожелательное к нему ухо начинает болеть – фальшивые ноты слишком сильно режут.

Что такое великое Попов мог бы сообщить Ельцину? Непроверенную информацию о готовящемся путче? А Ельцин, конечно, наивный, как мальчик, сам догадаться не может – на основании хотя бы вполне официальной информации о сессии ВС.

Что изменит приезд Ельцина? “Тогда растерянные авторы “чрезвычайки” дрогнут”. Вот так. От 100-тысячного (меньше тогда в Москве не бывало) митинга не дрогнут, а от приезда одного Ельцина – дрогнут. Логично.

Но прямо по телефону сказать Ельцину нельзя – подслушают. Подслушают – и что? Немедленно произведут переворот что ли? Въездную визу президенту России не дадут? Попова, мэра Москвы, арестуют?

Итак, вся эта цепь рассуждений рвется в клочья абсолютно не связанных друг с другом, бездоказательных и вообще довольно странных рассуждений… Но какая-то же логика за всем этим стоит у такого несомненно умнейшего, хитрейшего человека и политика, как Г.Х.Попов?

Вся эта аргументация работает на один, “конечный вывод мудрости земной”. Она должна оправдать результат – то, что, узнав некую секретную информацию, Попов поспешил изложить ее послу США с тем, чтобы тот довел ее до Буша. “Нет, не для Буша я старался, – отвечает Попов, – Буш это лишь “почтовый ящик”, передаточное звено на пути к Ельцину. Нет, я не “шпион”, не “агент ЦРУ”, не “агент влияния” – я просто был поставлен в чрезвычайное положение”.

Очень мило, что и говорить, только… Опять непонятно! Разве кто-то сегодня вспоминает Попову ту давнюю историю? Разве кто-то его обвиняет так, что он вынужден оправдываться? Да ничего подобного! В Москве все помалкивают, забыли. Зачем же все эти удивительные признания? “Осенью 1991 года я поехал в США. И узнал там, что в газетах США появилась упомянутая… информация” (т.е. газеты писали о разговоре Попова с послом США и последующем звонке посла Бушу). Но осенью-то 1991-го Попов молчал, а в феврале 1993-го – вспомнил!

Попробуем все же разобраться.

Каков “сухой остаток” этой статьи? Оправдание Попова? Нет. Тогда – что?

Обвинение Горбачева. Горбачев наверняка знал о путче, знал еще в июне 1991-го, говорит Попов. Не мог не знать – хотя бы потому, что Буш, вопреки его, Попова, просьбе, сообщил о звонке посла вовсе не Ельцину, а Горбачеву (да еще и “засветил” при этом Попова как источник информации). Итак, Горбачев о готовящемся путче знал, в июне знал и в августе, когда уезжал в Форос – вот подлинный текст сообщения, которое содержится в статье Попова. Более того, Попов намекает, что в июне Горбачев-то и готовил “путч”. А… в августе?..

Почему статья появляется именно сегодня? Ну, это уж совсем просто. Уже объявлено о суде над ГКЧП. Дорого яичко к Христову дню – к суду начинается подготовка. Суд может обернуться судом (хотя бы моральным!) над Горбачевым. На эту логику и работает Попов. Он вбросил шайбу – дальше ее должны повести уже другие.

И еще одно. Статья Попова имеет двух адресатов – Москву и Вашингтон. В Москве бьет по Горбачеву, в Вашингтоне по Бушу. Буш тоже нехороший, выдал Попова, не передал сообщение Ельцину, а передал, наоборот, Горбачеву. Конечно, если бы Буша избрали президентом США, статья Попова могла бы, пожалуй, выглядеть иначе (а пожалуй, могла бы и вообще “не выглядывать”), но раз избран Клинтон, про которого известно, что он Буша, мягко говоря, не любит, то…

Вот так надо уметь статьи писать. Что же, Попов еще раз показал, что он не просто “профессор”, а поистине тонкий и умный дипломат, умеющий сказать то, что нужно и когда нужно…

Но статья – что! Статья в конце концов мелочь. Куда интереснее моральная проблема, поднятая в этой статье и этой статьей как фактом общественной жизни.

Разговоры о том, что Попов “агент ЦРУ” или “всемирного жидомасонского заговора”, я переадресую в сумасшедший дом.Только там можно с полным кайфом всерьез обсуждать эту проблему. Но ведь дело-то куда серьезнее…

Если бы Попов был “агентом ЦРУ” или даже “агентом влияния”, это уже была бы не политика, не мораль, а банальная (или не банальная) уголовщина. Но в том-то и дело, что ничего подобного нет и в помине. Профессор Попов ничей не “агент””, а вполне самостоятельный российский политический деятель, поистине “отец русской демократии”. Вот это-то и заслуживает особого рассуждения.

Зачем все-таки Попов отправился в посольство США? Никакой великой сенсации он послу США не сообщил (и президенту Бушу тоже). Не мог же он затеять весь этот разговор, предвидя свою сегодняшнюю публикацию? Это уж было бы чересчур даже для хитромудрого Попова…

Попов пришел в посольство США вполне органично – как идут всегда в минуту жизни трудную к “своим”, к сильным “своим”. Попросить моральной помощи, засвидетельствовать почтение, лишний раз показать и напомнить, что он там “свой”. Он пришел рассказать не столько о Павлове (а то они без него не знали!) или о Горбачеве с Ельциным… Это все поводы или второстепенные причины. А главная причина – сказать о себе, о Попове Г.Х., напомнить дядюшке Сэму, что Попов для него и впрямь “племянник”… по крайней мере, по самоощущению Попова.

Ну вот, а говорите не агент влияния, – воскликнет иной горячий читатель. Говорил и говорю. Конечно, не агент. Советский, российский прозападно настроенный интеллектуал. И это куда важнее.

Я не стану подробно останавливаться на банальностях, на том, что в страшном сне нельзя представить мэра Нью-Йорка, который мчится со “сверхсекретной информацией” к послу СССР (или России), а уж тем более представить американского политика, который, будучи в здравом уме, публично признается в этаком поступке, опишет это в своей книге… Это-то все очевидно.

Важно другое. Будь Попов исключением (“агент”!) – тут бы и разговора не было. Попов представляет норму (он только крупнее и умнее других). Таково настроение всех наших прозападных интеллектуалов, для которых, несомненно, посол США куда важнее, ближе, роднее, чем любой российский (тем более советский) министр. “Предательство, которого не было” – подзаголовок статьи Попова. Да, предательства не было – себя, свой круг, свою идеологию Попов этим поступком отнюдь не предал. А – Россию? Что же – Россию… Что хорошо для Попова и его друзей, для “мозга нации”, то хорошо и для России, не так ли? “На моем месте так поступил бы каждый”, – мог бы сказать Г.Х. Верно. Каждый. И не только принадлежащий к его кругу.

Русская, российская элита в массе своей издавна, по крайней мере со времен Петра Великого, жила с ощущением отделенности от “этой страны”. Одни от этого страдали, другие по этому поводу ерничали, но ощущение было у всех. Я не зря эпиграфом к этой статье выбрал слова самого русского из всех русских, живших когда-либо на свете. Конечно, эта фраза Пушкина в малой доле не выражает всего отношения поэта к России… Но ведь то – Пушкин! А обычный “середняк-интеллигент” думает так и только так.

Особенно это усилилось за годы советской власти. Комплекс Эллочки-людоедки, сглатывая слюну глядящей на “настоящих господ”, живущих ТАМ, – это образ всей нашей элиты, и “партократов”, и ”демократов”, и “левых”, и “правых”, и “русофобов”, и “патриотов”. Да-да, профессиональные патриоты, с восторгом кричащие об “изменнике Попове”, делающие свой бизнес на обличении “агентов влияния”, точно так же ощущают гигантскую моральную зависимость от Запада. Стоит вспомнить, что даже свой русский патриотизм они обосновывают… ссылками на Запад! “У них” там почетно быть патриотом – и мы имеем право… Или почитайте газету “День”: как они там взахлеб пишут о своих контактах с такими сливками западного общества, как провалившийся кандидат в губернаторы Дюк (бывший член Ку-клукс-клана). Как же-с – встретились с “настоящими западными господами-с”…

Для наших интеллектуалов посол США куда ближе, важнее, роднее, чем российский (советский) министр? Несомненно. Только ведь и для российского министра посол США куда ближе, важнее, роднее, чем любой российский (советский) интеллектуал, хоть “левый”, хоть “правый”.

Кстати, Россия, русские тут неспецифичны. Сие относится и к другим бывшим советским республикам, где, как утверждают очевидцы, посол США – несомненный и бесспорный хозяин, одного слова которого довольно, чтобы решить любой вопрос. Правда, послы, как и положено богам на Олимпе, редко говорят эти слова…

И, наконец, будем честны. Да, это справедливо по отношению к элите российской. Ну а народ? “Народ и партия едины” – по крайней мере в этом вот вопросе. Все почему-то предпочитают доллары и их владельцев… Такая вот странная у нас у всех логика. Удивительно, правда?..

***

Так к чему ты клонишь? – спросит наконец читатель.

Что, отгородиться от мира китайской, что ли, стеной?! Ну зачем же глупости болтать – ни к чему подобному я не призываю.

А мораль… “Боже, как грустна наша Россия” (А.С.Пушкин).

Леонид РАДЗИХОВСКИЙ.


 Издательский Дом «Новый Взгляд»


Оставьте комментарий

Также в этом номере:

О, ЗАПАД ЕСТЬ ЗАПАД!
КАЖДАЯ КУХАРКА МОЖЕТ УПРАВЛЯТЬ БОЕВЫМ ЛИСТКОМ РУСЛАНА
КУЛЬТУРА И ОБЩЕСТВО
ЭДИТА ПЬЕХА . Любимый мужчина
МАША РАСПУТИНА. Хит-парад
ПРОЛЕТЕЛО…
ЛЕОНИД ФИЛАТОВ . Любимая женщина
ЕФИМ ШИФРИН: “ГОВОРЮ МАЛО, ДУМАЮ БОЛЬШЕ, РАБОТАЮ ЕЩЕ БОЛЬШЕ”.
“КАРФАГЕН ДОЛЖЕН БЫТЬ РАЗРУШЕН”
ГКЧПист БАКЛАНОВ: “МОЕ ОРУЖИЕ – ПРАВДА”
БОГДАН ТИТОМИР. ТВ-парад
ЕЛЕНА ОБРАЗЦОВА: “НАС НЕ ВСТРЕЧАЮТ С ОРКЕСТРОМ”


««« »»»